Зарубежные СМИ о нас
Главная Россия СНГ Мир Политика Общество Новости

Shūkan Gendai: уход Абэ — большая утрата для России

Кто бы ни стал сейчас премьером Японии, но поднять японско-российские отношения выше существующего уровня он не в состоянии. Это мнение разными словами единодушно высказывают авторитетные российские эксперты.
Если сейчас обернуться назад, то ушедший премьер Абэ на протяжении всех 7 лет и 8 месяцев своего нахождения у власти с энтузиазмом подходил к отношениям с Россией. И вот такая редкая в истории двусторонних отношений «пророссийская» политика японского кабинета закончилась.
Уход Абэ — большая утрата для России. Со времени своего второго прихода на премьерство в 2012 году Синдзо Абэ 27 раз встречался с президентом Путиным. 9 раз побывал он в России (Путин в Японии — только 2 раза). Для России правление Абэ было подарком.
Даже после событий на Украине 2014 года, когда мир занялся изоляцией России, Абэ не принял совета Обамы «не верить Москве» и продолжал развивать личные отношения с Путиным. После изгнания России из G8, благодаря Японии международная изоляция России была в значительной степени «размазана». Мне ярко запомнился тот день в 2016 году, когда Абэ и Путин участвовали в совместной пресс-конференции в Токио, а ЕС продлевал антироссийские санкции. И в дальнейшем, когда министр иностранных дел России Сергей Лавров заговорил о том, что «российская сторона не согласна на подписание c Японией мирного договора только после решения «территориальной проблемы», что «Япония должна признать суверенитет России над островами» и о том, что «Южно-Курильскую группу называть «северными островами» вообще нельзя, Абэ не только не возражал против таких заявлений, но и вообще хранил полное молчание. Тогда бывший генеральным секретарем кабинета министров Ёсихидэ Суга заявлял на пресс-конференциях: «Мне не хотелось бы давать здесь комментарии». А тогдашний министр иностранных дел Таро Коно обычно пропускал соответствующие вопросы журналистов и говорил: «Следующий, пожалуйста». Второй раз Россия вряд ли получит в партнеры такое замечательное японское правительство.
Самостоятельная политика администрации премьера
Почему же так произошло? Я думаю потому, что японские лидеры перепутали отправную и конечную точки процесса переговоров.
В 2000 году сразу после прихода к власти Путин стал первым из высших российских руководителей признал действенность Советско-японской декларации (Московской декларации) 1956 года. В связи с этим многие в Японии были уверены: «Уж два-то острова мы получим точно!». Однако в сентябре 2005 года Путин существенно поменял свою позицию. А во время встречи с премьером Коидзуми в Японии в ноябре того же года он заявил, что Итуруп и Кунашир исключаются из возможности возврата, да и о безусловном возвращении Японии островов Шикотан и Хабомаи говорить нельзя. Тогда же он дезавуировал Токийскую декларацию 1993 года. Именно в связи с этим высокопоставленные чиновники японского МИД стали в то время говорить: «С Путиным дело вперед не пойдет. Лучше сейчас переговоры прекратить».
Однако в администрации премьера с этой оценкой не согласились. Там вообще старались пропускать мимо ушей неприятную для японской стороны информацию. Упор делался на то, что Путин все же признает Декларацию 1956 года, а значит, шансы на возврат Японии двух островов высоки.
Постепенно администрация Абэ отодвинула МИД от решающей роли в японско-российских отношениях, и главное место в них занял личный советник премьер-министра Такая Имаи, которого за глаза часто называли «теневым премьером». С уходом в 2016 году ненавидевшего Путина президента Обамы офис премьера, в котором основную роль играли ставленники министерства торговли и промышленности, на радость Путину начал выдвигать различные проекты экономического сотрудничества с Россией. Тогда же появился большая «агитка» кабинета с письмом бывших жителей «северных островов» Путину с просьбой облегчить посещение могил предков. Плодились планы «первоочередного» получения Шикотана и Хабомаи и «совместного управления Кунаширом и Итурупом» (так называемый «план 2 острова + альфа»). Затем появился «план совместной хозяйственной деятельности на 4 островах, не нарушающий суверенитета над ними обеих сторон».
Все это было доведено до Путина и благосклонно им воспринято. Офис премьера Абэ посчитал это успехом. Хотя никакого реального продвижения в российско-японских отношениях не произошло.
Примечательна история с письмом бывших жителей «северных островов». Его написала родившаяся на Итурупе Сакико Судзуки. Однако в офисе премьера посчитали, что одного автора письма будет недостаточно. В этой связи через общественные организации «мобилизовали» еще 6 выходцев с «северных островов». «Приличное» письмо 7 пожилых людей было вручено Путину. Характерно, что в нем не содержалось призывов «вернуть острова». Это было сделано специально для того, чтобы не раздражать российского президента.
Однако все эти судорожные действия, предшествовавшие визиту Путина в Японию в декабре 2016 года, не возымели особого действия. Все эти планы так и не были по существу претворены в жизнь, или встретились с большими трудностями.
Например, «совместная хозяйственная-экономическая деятельность». Дело так и закончилось «исследованиями» по 8 направлениям, не дойдя до конечной реализации. Или планы облегчения посещения выходцами с островов могил своих предков. В июне администрация премьер-министра организовала авиачартеры из Накасибэцу (северная оконечность Хоккайдо) на Кунашир и Итуруп. Однако прибывших на чартерах японцев подвергли продолжительным проверкам перед зданиями аэропортов. Это вызвало их недовольство и роптания в японских общественных организациях, занимающихся обменами с Россией.
Сопровождавший делегации соотечественников тогдашний заместитель министра иностранных дел Нобуо Киси говорил так: «Мы попытались присоединиться к этим делегациям для того, чтобы исследовать эти направления „хозяйственно-экономической деятельности". С россиянами шли разговоры по туризму, агропроизводству, выращиванию клубники и т.д. Но все эти разговоры быстро затухали. Реального развития не было». Российская сторона подвергала японцев таможенному досмотру, а мы не могли согласиться с этим, поскольку это подчеркивало российский суверенитет над островами. Свободно передвигаться по островам японские граждане не могли. Поскольку никакого особого прогресса в реализации этих планов не было, офис премьера просто приказал нам молчать. Даже спустя 2 года после встречи в Сингапуре Абэ продолжал эту игру с Путиным. В сентябре 2018 года на Восточном экономическом форуме он выступил с воодушевленной речью, подготовленной его администрацией, в которой сказал: «Господин Путин, давайте ещё раз подтвердим нашу решимость, наши намерения перед многочисленными свидетелями, перед всей нашей аудиторией. Если мы не сделаем это сейчас, то когда же? Если этого не сделаем мы, то кто же это сделает кроме нас? Давайте вместе идти вперёд, задавая себе эти вопросы всегда». Эти слова Абэ были встречены горячими аплодисментами зала.
И Путин поддержал его высказываниями типа «Давайте до конца года подпишем договор безо всяких условий», «Вопросы, вызывающие споры, решим потом» и «Это не шутка». Тогда эта позиция Путина оказалась для японской стороны «приглашением на танец». Поэтому в ноябре в Сингапуре и родилась «мягкая» японская позиция: вопрос с Итурупом и Кунаширом откладываем, возвращаем только Шикотан и Хабомаи в соответствии с Совместной декларацией 1956 года. Однако Путин не был бы Путиным, если бы все-таки не стал выдвигать условия. И они быстренько прозвучали. «Не появятся ли на переданных Японии островах американские военные базы. Как острова будут позиционироваться в рамках японско-американского договора безопасности?» и т.д.
А уже с начала 2019 года начали появляться заявления Лаврова, которые буквально ставили Японию в дурацкое положение. Японская сторона сполна их наслушалась. (Отсылаю читателей к началу статьи).
Ну а потом произошел июньский 2019 года Осакский саммит G20. Все в Японии рассматривали это как последний шанс. Но осталось одно разочарование
Сколько ни укреплял Абэ личные отношения с Путиным, сколько раз ни встречались они, но «территориальная проблема» в японско-российских отношениях так и осталась нерешенной.
Что может и чего не может сделать новый премьер Суга?
COVID — 2019 несколько «прикрыл» наступившую в отношениях двух стран паузу. Если бы не было коронавируса, то провал политики Абэ на российском направлении стал бы гораздо более явным. Абэ ушел с поста премьера по болезни, его преемником был избран Суга. Большой плюс ухода Абэ связан с тем, что из активной политики удаляется и его личный советник Такая Имаи. Внешнеполитические инициативы Имаи внесли сумятицу в отношения Японии с Китаем и Южной Кореей. Но за провал российского направления Имаи должен ответить полной мерой. За то, что он оставил в стороне вопрос с островами Итуруп и Кунашир, за то, что не давал высказываться выходцам с «северных территорий» за их возврат. Из-за него и в переговорах с Россией, и в общественном сознании реальный возврат к формуле «все 4 острова» уже невозможен. Более того, в случае повторного обращения к такой формуле Россия (да и мир тоже) будут тихонько насмехаться над непоследовательностью внешней политики Японии, а общественное движение за возврат всех островов уже не поднимется вверх по «пошатнувшейся лестнице».
Что же реально может Суга?
Первый вариант. Он может вернуть внешнюю политику на российском направлении под крыло МИДа, и действовать в отношениях с Россией в пределах возможного. «Маленькими шажками», но не больше. Но в условиях, когда даже произнесение формулы «все 4 острова» стало неудобным, возможно ли ее повторение? А с формулой «2 острова» или «2 острова плюс альфа» возможно ли выстраивание сильных отношений с Россией?
Второй вариант. Принять предложение Путина: подписать мирный договор, а потом решать вопрос с возвратом 2 островов. Правда, шансов на реализацию этого варианта совсем немного. Ведь для Японии неприемлемы является требование России признать ее суверенитет над всеми «северными островами». Как тогда говорить с русскими хотя бы о 2 островах?
Скорее всего дело пойдет по первому варианту. На нанесенный Такая Имаи урон государственному престижу Японии на российском направлении велик (все эти издевательства со стороны Лаврова). Восстановить его будет трудно. Речь идет о том, что Япония ничего не добилась, а только поставила себя в положение, когда на нее «смотрят свысока»
В любом случае, о сложившемся реальном положении дел уже не забудет и Россия. Упущенные при Абэ и Имаи японские государственные интересы не измерить количеством островов. Это нечто значительно большее.
Акихиро Ивасита — известный японский политолог-русовед, профессор одновременно двух «мозговых центров» — центра славянско-евразийских исследований Университета Хоккайдо и центра Тихоокеанских исследований Университета Кюсю. Автор многочисленных научных работ и книг, одна из которых «Территориальная проблема с Россией — ни 4, ни 0, ни 2 острова» в 2006 году удостоена престижной в Японии научно-литературной премии имени Асараги Дзиро (спонсор — корпорация «Асахи симбун»).

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники


Загрузка...


Загрузка...
483

Похожие новости
25 октября 2020, 10:10
25 октября 2020, 12:10
24 октября 2020, 12:20
25 октября 2020, 10:10
24 октября 2020, 18:10
24 октября 2020, 12:20

Новости партнеров
 
 

Актуальные новости
25 октября 2020, 08:20
24 октября 2020, 10:30
26 октября 2020, 01:20
25 октября 2020, 17:50
24 октября 2020, 16:10
25 октября 2020, 08:20

Новости партнеров

Реклама

Прочие новости

 

Новости СМИ

Популярные новости
22 октября 2020, 18:40
24 октября 2020, 01:30
21 октября 2020, 14:10
22 октября 2020, 17:10
24 октября 2020, 01:00
21 октября 2020, 12:10
20 октября 2020, 00:10