Зарубежные СМИ о нас
Главная Россия СНГ Мир Политика Общество Новости

Человек, подготовивший досье на Трампа

Как-то раз в январе после долгого трудового дня в лондонском офисе бывший разведчик, а ныне частный следователь Кристофер Стил вышел из пригородного поезда в Фарнеме, где он живет, и в этот момент зазвонил один из двух его телефонов. Он предвкушал вкусный ужин дома вместе с женой, а возможно, и с бокалом вина. Они мечтали жить в Фарнеме с его прекрасной центральной улицей, мечтали приобрести большой дом, а также участок земли не менее акра, чтобы там было удобно и уютно их четверым детям. 53-летний Стил был похож на обычного бизнесмена, возвращающегося с работы домой, если не считать то обстоятельство, что свои телефоны он держал в чехле Фарадея, как называют сумку из прочной ткани военного образца, экранирующую сигналы телефона и не позволяющую засечь их местоположение.
Ему звонил знакомый из Вашингтона, который сообщил плохие новости. Сенаторы-республиканцы Линдси Грэм (Lindsey Graham) и Чарльз Грассли (Charles Grassley) только что сообщили имя Стила Министерству юстиции, чтобы оно начало против него уголовное расследование. Они обвиняли Стила, составившего секретное досье о возможных связях президента Дональда Трампа с Россией, во лжи тем самым сотрудникам ФБР, которых он уведомил о результатах своей работы, положив начало федеральному расследованию. Подробности заявления сенаторов были засекречены, в силу чего Стил не мог узнать характер их обвинений, а тем более опровергнуть их. Но в общем там шла речь о том, что Стил якобы ввел ФБР в заблуждение относительно своих контактов с прессой. Стил почти 30 лет работал в тесной увязке с США, а поэтому понятия не имел, почему кто-то считает, что он лгал. Однако ложь сотруднику ФБР является преступлением, которое влечет за собой наказание до пяти лет лишения свободы.
Эти обвинения лишь усилили сомнения в репутации Стила, которая прилипла к нему с тех пор, как издание «БаззФид» (BuzzFeed) в январе 2017 года опубликовало его досье. В нем была представлена изобличительная картина сговора между Трампом и Россией, и говорилось, что его штаб «регулярно получал от Кремля разведывательную информацию, в том числе, о его соперниках из Демократической партии и других политических оппонентах». Автор досье также утверждал, что русские пять лет делали из Трампа своего агента и могли оказывать на него давление, сделав компрометирующие видеозаписи, на которых он занимается сексом с московскими проститутками, причем одна из них по его просьбе мочится на постель.
Весной 2016 года маленькая исследовательская фирма «Орбис Бизнес Интеллидженс» (Orbis Business Intelligence), созданная в 2009 году после ухода из британской секретной службы МИ6 Стилом и его партнером, дала согласие провести в интересах оппозиции расследование таинственных связей Трампа с Россией. По условиям договора, «Орбис» выступала в качестве субподрядчика и работала на частную аналитическую фирму из Вашингтона «Фьюжн Джи-пи-эс» (Fusion GPS). Та, в свою очередь, действовала в рамках договора с юридической фирмой «Перкинс Куи» (Perkins Coie), которая представляла предвыборный штаб Клинтон и Национальный комитет Демократической партии. Спустя несколько месяцев после подписания договора Стил узнал, что его исследования по этой цепочке финансирует штаб Клинтон и НКДП. В целом Стил получил за свою работу 168 тысяч долларов.
Стил более 20 лет проработал в МИ6, занимаясь в основном Россией. В 90-х годах он на протяжении трех лет шпионил в Москве под дипломатическим прикрытием. В период с 2006 по 2009 год он руководил в МИ6 российским отделом, работая в штаб-квартире службы в Лондоне. Стил свободно говорил по-русски, и его считали специалистом по этой стране. Он также давал консультации по государственному строительству в Ираке. Но будучи гражданином Британии, Стил не очень хорошо разбирался в американской политике. Его партнер из «Фьюжн» Питер Фритч (Peter Fritsch), работающий вместе со Стилом, сказал о нем так: «Он карьерный государственный служащий, а в Англии государственных служащих не вовлекают в политику, как это бывает в США. Он немного наивен в вопросах публичной политики».
Поэтому Стил тем январским вечером был ошеломлен, когда узнал, что американские политики называют его преступником. Он сказал второму соучредителю «Орбис» Кристоферу Берроузу (Christopher Burrows), что почувствовал нечто вроде головокружения. Берроуз, давая первое публичное интервью в связи со скандалом по поводу досье, вспомнил, как Стил сказал ему: «У меня возникла такая пульсирующая головная боль, я не мог ясно думать, у меня пропал аппетит, я чувствовал себя больным». Стил сравнил свое состояние с тем, что он чувствовал в 2009 году, когда после продолжительной болезни умерла его первая жена Лора, а он остался с тремя маленькими детьми.
По словам Берроуза, в тот вечер Стил и его вторая жена Кэтрин, на которой он женился в 2012 году, сидели в гостиной и гадали, что будет с ними дальше. Финансовый крах из-за непомерных расходов на адвокатов? (Кроме США, иск против Стила подал российский бизнесмен Алексей Губарев, обвинивший его в клевете и заявивший, что Стил ложно обвинил его компанию в хакерском взломе системы внутренней электронной почты Демократической партии с целью содействия российскому правительству.) А может, Стил окажется в американской федеральной тюрьме? Или лазутчик Путина зарежет его где-нибудь в темной аллее?
В беседах с друзьями Стил выражал надежду на то, что лет через пять он вспомнит о случившемся и посмеется над тем, что пережил. Но вместе с тем, он был склонен к пессимизму. Как бы ни повернулась эта драма, часто предсказывал Стил, «я унесу это с собой в могилу». Давний друг Стила рассказывал мне, что тот оказался в очень незавидном и затруднительном положении. Досье вызвало ярость как у Владимира Путина, так и у Дональда Трампа, поскольку Стил рассказал о темных делишках между ними. «Обеими странами руководят олигархи, — сказал этот друг. — Это невероятно, но оба они возненавидели одного и того же человека».
Вскоре юристы заверили Стила, что обвинения сенаторов это не более чем политическая уловка. Тем не менее, в расследовании предполагаемых связей Трампа с Россией началась новая напряженная фаза. Вначале обе партии в конгрессе единодушно настаивали на проведении серьезного расследования фактов иностранного вмешательства в американскую демократию, но уже скоро между ними началась свара. Сторонники Трампа заявляли, что Стил не разоблачитель, а негодяй и бесчестный клинтоновский аппаратчик, который сговорился с американскими спецслужбами и чиновниками из правоохранительных органов, чтобы сфабриковать ложные обвинения против Трампа и его соратников в подлой попытке сделать недействительными выборы 2016 года. Согласно этой повествовательной линии, расследование нужно вести не против президента, а против самих следователей, начиная со Стила. «Они пытаются разрушить все разведывательное сообщество! — заявил как-то Стил одному из своих знакомых. — И в этих целях они используют меня в качестве тарана».
Это был далеко не первый случай, когда расследование конгресса использовалось в качестве инструмента по подрыву репутации. Всякий раз, когда в Вашингтоне возникает скандал, противники при помощи судебных запросов и повесток, засекреченных материалов и показных публичных слушаний распространяют двусмысленные намеки, инсинуации, ложь и создают неразбериху. Сенаторы Грассли и Грэм отказались дать интервью для этой статьи, однако в январе Грассли, возглавляющий юридический комитет сената, выступил там с речью в защиту выдвинутых им и Грэмом обвинений. Он отметил, что создавая досье, Стил пользовался своими знакомствами и связями в России. «Кто на самом деле вступил в сговор с русскими?— задал вопрос Грассли. — Сейчас это становится все яснее».
Демократы из этого комитета пришли в ярость, потому что республиканцы не посоветовались с ними, инициируя уголовное расследование против Стила. Сенатор от Калифорнии Дайэнн Файнстайн (Dianne Feinstein), занимающая видное положение в юридическом комитете, объявила, что цель республиканцев — «подорвать ФБР и расследование специального прокурора Роберта Мюллера», а также «отвлечь от него внимание». Файнстайн сказала, что у следствия нет доказательств лжи Стила, и добавила: «Ни одно из разоблачений в досье Стила не было опровергнуто».
Сенатор-демократ из Род-Айленда Шелдон Уайтхаус (Sheldon Whitehouse) в прошлом работал прокурором, а сейчас является членом юридического комитета. «Подвергнуть сомнению досье Стила, значит подвергнуть сомнению расследование Мюллера, — сказал он мне. — В этом случае все внимание снова переключится на Хиллари». По его мнению, цель республиканцев — «создать фальшивую информационную картину и заявить, что все это — охота на ведьм».
И действительно, 18 января аппарат республиканца Девина Нуньеса (Devin Nunes), возглавляющего комитет палаты представителей по разведке, подготовил доклад, в котором утверждается, что на самом деле в сговор вступило окружение Хиллари Клинтон. «Правда заключается в том, — сказал Нуньес, — что Клинтон вступила в сговор с русскими, чтобы облить грязью Трампа, скормить это ФБР и добиться начала расследования против штаба своего соперника». Гленн Кесслер (Glenn Kessler), ведущий в «Вашингтон Пост» независимый блог «Проверка фактов», наградил заявление Нуньеса четырьмя Пиноккио. Таков его рейтинг за вопиющую ложь. «Нет никаких доказательств того, что Клинтон причастна к сообщениям Стила, или что она взаимодействовала с российскими организациями, чтобы передать информацию Стилу», — написал Кесслер.
Тем не менее, ведущие консервативных ток-шоу начали распространять и усиливать заявление Нуньеса. Такер Карлсон (Tucker Carlson) из «Фокс Ньюс» осудил Стила, назвав его «очень тенденциозным и пристрастным человеком с откровенно левыми взглядами на американскую политику». А еще он сказал, что «небрежное и непродуманное» исследование Стила «по всей видимости стало основой» для расследования Мюллера. Шон Ханнити (Sean Hannity) заявил, что досье Стила — это рассчитанная на дешевый эффект ахинея, заполненная «российской ложью», цель которой — настроить «наши разведывательные и правоохранительные органы» против Трампа. «Уолл-Стрит Джорнал» в своей редакционной полосе обвинила Стила в том, что он превратил ФБР в «орудие антитрамповских политических сил». Раш Лимбо (Rush Limbaugh) предупредил своих радиослушателей: «Сейчас идет сражение между такими людьми как мы, и государством в государстве, которое пытается скрыть содеянное».
Президент Трамп тоже высмеял это «грязное досье» и предположил, что «шпион-неудачник» сделал ставку на «надуманные факты, подготовленные скользкими политтехнологами». А 8 февраля президент впервые назвал Стила по имени и осудил его. «Стил, автор фальшивого досье, — сообщил он в Твиттере. — Все это связано с бесчестной Хиллари».
Спустя два дня Берроуз из фирмы «Орбис» сидел у себя дома в Винчестере, что юго-западнее Лондона, и не без труда пытался объяснить мне, насколько это странно и тревожно, когда на твоего партнера по бизнесу нападает президент США. Консерватор по своим политическим взглядам и по манере поведения Берроуз, которому 59 лет, несколько десятилетий прослужил в британской разведке, как и Стил. Этот скупой на слова человек разоткровенничался: «Вся эта история какая-то сюрреалистическая. Это превратили в политический футбол, и игра идет на американских условиях, о чем мы сожалеем. Криса обвиняют в организации какого-то тайного заговора, хотя он даже не живет в той стране».
Адвокаты Стила посоветовали ему не делать публичных заявлений об этом скандале, а поскольку раньше он служил в разведке, большая часть его жизни остается тайной. Обвиняющие его люди знают об этом. Как объяснил сенатор Уайтхаус, «они выборочно рассекречивают информацию. Это такая тактика. Они используют рассекреченную информацию, чтобы рассказать свою версию, а все опровержения засекречены». И в обвинениях сенаторов, и в докладе Нуньеса были использованы засекреченные улики и свидетельства, дабы очернить Стила и не дать его защитникам возможности отвечать, поскольку это стало бы разглашением государственной тайны. Однако интервью с друзьями, коллегами и партнерами Стила по бизнесу говорят совсем о другом. Их история — это рассказ о британском гражданине, который попал в сети одной из самых серьезных политических баталий в США.
Стил родился в 1964 году в Адене, столице Йемена. Его отец работал в национальной метеорологической службе Соединенного Королевства, а поэтому ему порой приходилось отправляться в зарубежные командировки. Семья Стила принадлежала к среднему классу, но корни у нее были рабочие. Один из дедушек Стила трудился шахтером, добывая уголь в Уэльсе. Юношу, который показывал отличные успехи в учебе, в 1982 году приняли в Кембриджский университет. Вскоре он вознамерился стать президентом престижного дискуссионного общества «Кембриджский союз». Это обычный путь к карьере руководителя для амбициозных и перспективных студентов. По словам одного из бывших членов данного общества, это место, «куда стремится самолюбие». Чтобы стать президентом, нужны недюжинные политические навыки и умения, но Стил добился своего, отчасти благодаря тому, что университетская газета, для которой он писал статьи, поддержала его кандидатуру. Из-за своих усилий он нажил врагов. Один его соперник недавно анонимно сообщил «Дейли Мейл», что Стил был «немного мерзкий тип».
Стил умеренно поддерживал Лейбористскую партию. Его союзниками в Кембридже были студенты из среднего класса, учившиеся в государственных школах. В университете они создали «Фракцию против истэблишмента». Эти люди соперничали с «Фракцией истэблишмента» голубых кровей и с правофланговой «Либертарианской фракцией». Один его давний друг, входивший в состав аналогичного общества в Оксфорде, сказал: «Почти все мы происходили не из привилегированных семей, и немного страдали от синдрома самозванца, который заставлял нас сомневаться в том, что мы учимся там по праву. Поэтому мы работали во много раз упорнее, стараясь показать, на что способны». Он вспоминал, что Стил был «исключительно прилежным студентом» и обладал «цельным характером». По словам этого друга, «он просто закусывал удила и тянул воз в гору. Он был почти как киборг».
Грэм Дэвис (Graham Davies), который сегодня является хорошо известным в Британии консультантом по публичным выступлениям, подружился со Стилом в «Кембриджском союзе». Он назвал его «исключительно сдержанным и малозаметным, и одновременно исключительно проницательным и энергичным». Дэвис добавил: «Это очень спокойный человек, который больше слушает, чем говорит. И этим он выделяется. Большинству из нас нравится быть в центре внимания, но Крис — полная тому противоположность. Это неотъемлемая часть его цельного характера. Он тихо и спокойно контролирует ситуацию». Сторонник Консервативной партии Дэвис рассказал мне, что у Стила много друзей среди консерваторов. (До войны в Ираке Стил поддерживал лейбористское правительство Тони Блэра, но у себя в графстве голосовал за местного консерватора.) «Он не идеолог, — сказал Дэвис. — У него есть свои политические взгляды, однако он мыслит прагматично. Справедливость, принципиальность и правдивость для него превыше любой идеологии».
Говорят, что Стил стал первым президентом «Кембриджского союза», пригласившим выступить члена Организации освобождения Палестины. Он проводил множество резонансных политических дебатов, в том числе, одну дискуссию, на которой участники пришли к выводу, что внешняя политика Рональда Рейгана вредит Британии.
Показательно то, что ни один из друзей Стила не помнит, как они познакомились. Это человек среднего роста, среднего телосложения, с приятными чертами лица, аккуратный в одежде. У него холодный нейтральный взгляд, и он не привлекает к себе внимания. Стил от природы подходил для невидимой и незаметной профессиональной деятельности. Дэвис, который несколько раз в год ужинает со Стилом и другими сокурсниками, сказал: «Он менее заметный, чем Смайли» (персонаж Джона ле Карре). Вместе с тем, Дэвис отметил, что за какую бы работу ни брался Стил, он «вел себя, как терьер с костью, тщательно все изучая и исследуя, и прилагая максимум своих интеллектуальных способностей».
Стил окончил университет в 1986 году с дипломом по общественным и политическим наукам. Вначале он думал о том, чтобы заняться журналистикой или юриспруденцией. Но как-то раз он позвонил по газетному объявлению, в котором приглашали людей, желающих работать за границей. Оказалось, что это объявление МИ6, которая после многочисленных тестов и проверок взяла Стила на работу и включила в программу по изучению русского языка. К 25 годам он уже жил в Москве.
Стил работал под дипломатическим прикрытием в британском посольстве на МИ6. Время его командировки в Москву с 1990 по 1993 годы стало самым драматическим периодом в российской истории. В это время потерпела крах коммунистическая партия, националисты подняли восстание на Украине, на Кавказе и в прибалтийских странах. В это же время распался Советский Союз. Борис Ельцин обрел в России едва ли не абсолютную власть, и демократические надежды начали угасать, в то время как КГБ (который начал называться ФСБ) укреплял свое влияние, олигархи растаскивали государственную собственность, а в стране стали появляться националистические политические силы. Вернувшийся из Восточной Германии оперативный сотрудник КГБ Владимир Путин усиливал свои позиции в теневом мире санкт-петербургской политики. К моменту отъезда Стила из России оптимизм угас, и в стране возобладала политика недовольства — олигархами, усиливающейся разницей между богатыми и бедными, и Западом.
Уехав из Москвы, Стил получил назначение в Париж, где он работал под прикрытием в британском посольстве. Однако, когда был анонимно опубликован список британских шпионов, он и еще 116 человек лишились своего прикрытия. Стил вернулся в Лондон, а в 2006 году начал руководить российским отделом, испытывая все больший пессимизм в отношении Российской Федерации.
Негативное отношение Стила к Кремлю усилилось в 2006 году, когда завербованный МИ6 бывший российский агент КГБ и критик Путина Александр Литвиненко умер мучительной смертью в лондонской больнице после того, как выпил чашку чая с радиоактивным полонием-210. Очевидно, что это наглое убийство на территории Британии санкционировала Москва. Стила назначили руководить расследованием МИ6. Власти сначала хотели предъявить обвинение одному подозреваемому в совершении убийства, но следственная работа Стила убедила их в том, что обвинение необходимо предъявить и второму подозреваемому. Девять лет спустя в Британии опубликовали, наконец, официальный отчет о расследовании, который подтвердил точку зрения Стила: это убийство является операцией ФСБ, и возможно, что его утвердил Владимир Путин.
Стил никогда не комментировал это дело и прочие аспекты своей разведывательной работы. Однако Ричард Дирлав (Richard Dearlove), возглавлявший МИ6 с 1999 по 2004 год, заявил, что у него «превосходная репутация». Другой высокопоставленный руководитель вспоминал, что Стил был специалистом по России, и его знания вызывали уважение у него и у других. «Он работал очень внимательно и умно», — сказал этот руководитель. Другой бывший сотрудник МИ6 сравнивал Стила с соленой дрожжевой пастой мармит, которую люди либо любят, либо ненавидят. Он заявил, что Стил не мог занять «высокую должность» на службе, так как после холодной войны Россию в МИ6 отнесли в разряд застойного болота. Однако этот человек признал, что «Стил хорошо знает Россию», а российский отдел был для него «весьма подходящим местом, так как туда нельзя назначать идиота».
Служба внешней разведки Великобритании пользуется большим уважением в США, особенно благодаря ее способности собирать информацию от оперативных источников, а не средствами радио- и радиотехнической разведки или электронной слежки, чем часто занимаются США. Британская и американская разведывательные службы тесно сотрудничают, и когда Стил работал в МИ6, ее разведывательные сведения часто включали в ежедневные брифинги для американского президента. В 2008 году директор ЦРУ Майкл Хейден (Michael Hayden) посетил Британию, и Стил информировал его о событиях в России. На следующий год в Британию приехал президент Обама, и его проинформировали о докладе, который Стил написал о России. Бывший начальник отдела ЦРУ по центральной Евразии (который отвечает за Россию, постсоветские государства и Балканы) Стив Холл (Steve Hall) сказал мне: «МИ6 уступает только США по своим возможностям собирать разведывательные сведения из России. Мы всегда осуществляли тесное взаимодействие, потому что они работают великолепно. В России работают разведчики из высшей лиги. Это не Гватемала».
В 2008 году Стил уведомил МИ6, что он намерен уйти в отставку и открыть вместе с Берроузом коммерческую фирму по сбору разведывательных данных. Он был на хорошем счету, но его увольнение ускорили, потому что МИ6 увидела в его намерениях потенциальный конфликт интересов. Заниматься таким бизнесом было довольно рискованно, ибо Лондон был переполнен компаниями под руководством бывших разведчиков, которые продавали свои связи и конфиденциальную информацию. Чтобы как-то отличаться от других, компания «Орбис», открывшая офис в Мейфэре, попыталась воспользоваться опытом и знаниями Стила о России. Такая стратегия, по всей видимости, дала результат. По словам знакомых с этой компанией людей, общая прибыль «Орбис» за первые девять лет составила приблизительно 20 миллионов долларов. Сейчас Стил ездит на спортивной модели «Ленд Ровер Дискавери» (Land Rover Discovery Sport) и является членом гольф-клуба. Он также немного бегает (во время работы разведчиком это помогало ему держать себя в форме, поскольку Стил пробежал шесть марафонов и 25 полумарафонов, а также участвовал в десятке состязаний по троеборью по олимпийской программе). Но в основном вместо бега он теперь носит портфель. Свободное время бизнесмен проводит главным образом с семьей, в которой три кошки. Одна из них недавно пошла по стопам хозяина и совершила скандальный поступок, написав в постель одному из членов семьи.
Клиентами «Орбис» являются главным образом коммерческие компании и юридические фирмы, представляющие корпорации. Берроуз говорит, что в его компании менее десятка штатных сотрудников, однако они трудятся «как на мостике звездолета „Энтерпрайз" из „Звездного пути"». «Мы маленькая компания, но нам приходится управлять огромным кораблем», — заявляет он. Чтобы должным образом обслуживать клиентов, «Орбис» пользуется услугами десятков конфиденциальных «сборщиков информации», которые работают в разных странах мира на договорной основе. Некоторые сборщики — это частные следователи из небольших фирм, некоторые работают следственными репортерами, а некоторые — высокопоставленными экспертами на полезных должностях. В зависимости от характера задачи и срока договора сборщик может получать до двух тысяч долларов в день. Эти люди собирают информацию из своей обширной сети бесплатных источников, многие из которых даже не подозревают, что с ними обращаются как с информаторами. Источникам периодически оказывают те или иные услуги, скажем, помощь при поступлении детей в западные вузы. Но денег никто никому не платит, потому что это может быть противозаконно. Ведь такие деньги могут назвать взяткой государственному служащему, а саму такую деятельность — торговлей инсайдерской информацией. Кроме того, если платить источникам деньги, они могут начать привирать.
Стил не был в России и в других постсоветских государствах с 2009 года. В отличие от некоторых бывших коллег по МИ6, путинский режим не объявлял его персоной нон-грата, но информатор «Орбис» сообщил, что один агент ФСБ назвал его «врагом матушки России». Стил сделал вывод, что работать в этой стране незамеченным ему будет трудно. Фирма не раскрывает имена своих источников и держит их в строгом секрете, но совершенно ясно, что многих российских источников можно опрашивать в других местах, и кроме того, Лондон является центром крупной русской диаспоры, возникшей там после распада Советского Союза.
«Орбис» часто проводит антикоррупционные расследования в интересах клиентов, пытающихся осуществлять внутренний экспертный контроль, помогает правильно распределять инвестиции, а в интересах финансовых компаний проводит финансово-юридические экспертизы и получает стратегическую информацию. Со мной согласился поговорить один клиент «Орбис», являющийся западным бизнесменом с деловыми интересами в России и на Украине. Он назвал Стила «очень квалифицированным, очень профессиональным и очень надежным специалистом». По словам бизнесмена, его компания неоднократно проверяла собранную Стилом информацию и проведенные им исследования у других людей, и никаких сбоев не было. Он добавил: «Я не знаю ни одного человека, кто критиковал бы его работу. У него очень хорошие отчеты. Совершенно ясно, что он просто стал жертвой политики. Они пытаются убить вестника».
«Орбис» обещает конфиденциальность и не дает никакой информации о своей клиентуре. Часть ее предполагаемых клиентов, таких как одна крупная нефтяная компания с Запада, это обычные корпорации. Другие клиенты весьма сомнительны, скажем, одна юридическая фирма из Лондона, которая представляет интересы российского магната Олега Дерипаски. Этот миллиардер вышел победителем из русских алюминиевых войн, которые были очень жестокими. Его часто называют любимым олигархом Путина. Возможные финансовые связи Стила с Дерипаской привели к тому, что сенатор Грассли недавно затребовал дополнительную информацию от этой лондонской юридической фирмы. Если удастся установить следы финансовых связей между Дерипаской и «Орбис», наверняка возникнет множество серьезных вопросов к Стилу, потому что имя Дерипаски уже фигурирует в расследовании Мюллера, причем в непривлекательном свете. Бывшего руководителя предвыборного штаба Трампа Пола Манафорта обвиняют в том, что он присвоил денежные средства компании Дерипаски, когда работал на нее на Украине. (Специальный прокурор Роберт Мюллер предъявил Манафорту обвинение в отмывании денег и в совершении других финансовых преступлений. Манафорт свою вину не признает.) Если слухи о работе Стила на Дерипаску соответствуют действительности, это говорит о том, что он из мира государственной службы перешел в сомнительный с этической точки зрения мир коммерции. Олигархи, воюющие с другими олигархами, это самых прибыльный бизнес для следователей и аналитиков, обладающих знаниями о России. «Орбис» утверждает, что поскольку ее деятельность сводится к оказанию правовой поддержки западным юридическим фирмам, выступающим в западных судах, она помогает разрешать споры более цивилизованным путем, чем если бы это происходило в России. Но Стил, уйдя из МИ6, попал в еще более таинственный и мрачный мир.
Вопреки утверждениям республиканцев, Стил заинтересовался Трампом не тогда, когда работал на штаб Клинтон. Он наткнулся на имя Трампа почти сразу же, как только начал заниматься частным бизнесом. То есть, это было задолго до выборов 2016 года. В самом начале своей работы в «Орбис» он расследовал деятельность двух международных криминальных группировок, чьи лидеры по случайному стечению обстоятельств сидели в офисах в нью-йоркской Башне Трампа.
После ухода Стила из МИ6 его первым клиентом стала Футбольная ассоциация Англии, надеявшаяся стать хозяйкой чемпионата мира 2018 года, но подозревавшая руководящий орган футбола ФИФА в грязных сделках. Англия проиграла России, и Стил определил, что это подстроил Кремль при помощи взяток. Как пишет Кен Бенсингер (Ken Bensinger) в своей пока еще не изданной книге об этом скандале под названием «Красная карточка» (Red Card), «один из лучших источников Стила» проинформировал его, что заместитель премьер-министра Игорь Сечин, ныне возглавляющий гигантскую государственную нефтяную корпорацию «Роснефть», подозревается в поездке в Катар с целью «обмена голосами при голосовании о месте проведения чемпионата».
По всей видимости, Стил анонимно рассказал об этом деле лондонской газете «Санди таймс». Она сообщила, что «бывший источник из МИ6», расследовавший процесс рассмотрения заявок, сказал ее корреспонденту: «Главное произошло за шесть месяцев до голосования. Эта страна опасалась унижения от проигрыша, и ей нужно было что-то сделать. Путин задействовал все имевшиеся у него возможности». Потом источник добавил: «Не ждите, что я или кто-нибудь еще предъявит документ с путинской подписью, где говорится: „Х, дайте взятку Y на такую-то сумму и таким-то способом". Он так не поступает».
Может, Стил и забыл бы об этом деле, закончив свое расследование заявочного процесса. Но он обнаружил, что коррупция в ФИФА носит глобальный характер, и почувствовал необходимость заняться этой проблемой. На его взгляд, единственной организацией, которая могла провести расследование такого масштаба, было ФБР. В 2011 году Стил связался со знакомым американским агентом, который возглавлял в бюро подразделение тяжких преступлений в Евразии. Стил познакомил его со своими источниками, которые сыграли важнейшую роль в последующем расследовании. В 2015 году Министерство юстиции предъявило обвинения 14 лицам в связи с дачей взяток и откатов на сумму 150 миллионов долларов. Одним из них был высокопоставленный чиновник ФИФА Чак Блейзер (Chuck Blazer), который украл у этой организации целое состояние и стал информатором ФБР. Блейзер арендовал в Башне Трампа апартаменты за 18 тысяч долларов в месяц, которые находились несколькими этажами ниже резиденции Трампа.
Никто не утверждал, что Трампу было известно о преступлениях в ФИФА, но Стил вскоре снова наткнулся на информацию о Башне Трампа. Несколько лет тому назад ФБР наняло Стила, чтобы он помог раскрыть международную сеть азартных игр и отмывания денег, которой предположительно руководил деятель из российской организованной преступности по имени Алимжан Тохтахунов. Его синдикат базировался в апартаментах в Башне Трампа. Со временем федеральные власти предъявили обвинения в совершении финансовых преступлений 30 с лишним сообщникам из этой преступной схемы. Но сам Тохтахунов скрылся, избежав ареста. Интерпол издал красное уведомление, объявив Тохтахунова в розыск и потребовав его ареста. Но осенью 2013 года он объявился в Москве на конкурсе «Мисс Вселенная» и сидел неподалеку от владельца этого конкурса Дональда Трампа.
«Получается, что все криминальные дороги ведут в Башню Трампа», — говорил Стил своим друзьям.
Берроуз рассказал мне, что после ухода из МИ6 они со Стилом заключили соглашение. «Оба мы согласились с тем, что обязаны предупреждать британские власти и власти их союзников, если столкнемся с чем-нибудь, что создает угрозу национальной безопасности. Это осталось у нас с длительного периода государственной службы. Мы до сих пор придерживаемся нравственных идеалов и хотим, чтобы наши власти поступали правильно».
Сотрудничая в ходе своих расследований с правоохранительными органами, Стил сохранял связи со своей прежней жизнью. Некоторые критики сомневаются в том, что это корректно и прилично. Линдси Грэм написал недавно в «Вашингтон Пост»: «Ты можешь быть информатором ФБР. Ты можешь быть политтехнологом. Но быть и тем и другим в одно и то же время ты не можешь».
По словам Берроуза, «Орбис» в нескольких случаях предостерегала власти о серьезных угрозах безопасности. Три года назад один надежный ближневосточный источник сообщил фирме, что группа боевиков ИГИЛ (запрещено в России — прим. перев.) под видом сирийских беженцев пытается просочиться в Европу. «Орбис» поделилась этой информацией с соответствующими органами, которые передали ее спецслужбам Германии. Спустя несколько месяцев произошел теракт в концертном зале «Батаклан», на который напали террористы. Тогда у Берроуза и Стила возникли угрызения совести из-за того, что они не уведомили еще и власти Франции. Когда Стил летом 2016 года поделился своими подозрениями в отношении Трампа с ФБР, он сделал это в соответствии с правилами поведения «Орбис», а не из каких-то политических предубеждений.
Еще до того, как Стил начал заниматься американской президентской кампанией, он был уверен, что Кремль осуществляет вмешательство в западные выборы. В апреле 2016 года, незадолго до получения задания от «Фьюжн Джи-Пи-Эс», он закончил секретное расследование, которое назвал проект «Карл Великий». Расследование Стил проводил по поручению частного клиента. Стил изучил факты российского вмешательства в политику четырех членов Евросоюза, таких как Франция, Италия, Британия и Германия, а также Турции, которая является кандидатом на вступление в ЕС. В своем отчете он изложил обстоятельства хронического, настойчивого и агрессивного политического вмешательства Кремля. Это была война в социальных сетях, направленная на формирование страха и разжигание предрассудков. Это была «непрозрачная финансовая поддержка», которую Москва оказывала некоторым политикам в форме банковских кредитов, подарков и прочей помощи. В отчете говорится о связях Кремля с бывшим премьер-министром Италии Сильвио Берлускони и с лидером правых во Франции Марин Ле Пен. (Ле Пен и Берлускони это отрицают.) Там также утверждается, что Россия могла оказывать помощь и менее известным националистам правого толка в Британии и других странах. В отчете делается заключение о том, что долгосрочная цель Кремля состоит в усилении экстремистских группировок и политиков в ущерб либеральным демократиям Европы. А ближайшая цель заключается в «разрушении» ЕС, дабы положить конец тем карательным экономическим санкциям, которые Евросоюз и Соединенные Штаты ввели против России, когда она в 2014 году осуществила политическое и военное вмешательство на Украине.
Формулировки в отчете довольно сухие, да и многие его детали знакомы всем тем, кто пристально следит за Россией. Тем не менее, проект «Карл Великий» произвел эффект разорвавшейся бомбы. Он стал предупреждением о том, что российские разведслужбы обретают все более стратегический и разрушительный характер. Он предостерегал, что российское вмешательство в иностранные выборы «со временем будет разрастаться и усиливаться».
Весной 2016 года Стилу позвонил бывший репортер «Уолл-Стрит Джорнал» Гленн Симпсон, который занимался журналистскими расследованиями, но в 2011 году оставил журналистику и вместе с партнерами создал компанию «Фьюжн Джи-Пи-Эс». Симпсон надеялся, что Стил поможет его фирме отследить некоторые наводки на связи Трампа с Россией. Он сказал, что работает на некую юридическую фирму, однако называть ее не стал.
Первоначально эту работу финансировала организация, которой выделял деньги нью-йоркский инвестор и республиканец Пол Сингер (Paul Singer) недолюбливавший Трампа. Но когда стало ясно, что Трамп победит на первичных выборах и станет кандидатом в президенты, Сингер вышел из игры. В этот момент «Фьюжн» убедила главного юридического советника штаба Клинтон Марка Элиаса (Marc Elias) выделить средства на незавершенное расследование. Такое двухпартийное финансирование опровергает аргументы о том, что расследование было бесчестным и тенденциозным из-за спонсоров.
Стил и Симпсон ранее работали вместе, и обоих увлекали истории о русских олигархах и о международной организованной преступности. В работе они дополняли друг друга, создавая некий симбиоз. «Фьюжн» занималась анализом открытых источников, тщательно копаясь в мельчайших деталях общедоступной информации. Стил же специализировался на сборе разведывательных данных от информированных источников, многие из которых были русскими.
Симпсону не давал покоя один важный вопрос. Почему Трамп так часто ездил в Россию, желая заниматься там бизнесом, но всякий раз возвращался с пустыми руками? Стила это задание заинтриговало, и он взялся за работу, полагая, что отыщет доказательства нескольких темных сделок и не более того. Очевидно, он не учел, насколько это опасно — совать свой нос в самые большие тайны кандидата в президенты. «У него были шоры на глазах, — сказал мне давний друг Стила. — Он сунул голову в печь, но саму печь не видел».
В течение нескольких недель два или три давних сборщика информации Стила передали ему отчеты, составленные на основе сведений, полученных из обширной сети источников «Орбис». По словам осведомленных людей, Стил посмотрел на этот материал и задал себе вопрос: «Боже, что это такое?» Он пригласил Берроуза, который обычно был невозмутим. Тот понял, что у них проблемы. Симпсон позднее рассказывал: «Мы забросили в речку удочку, а на крючок попался Моби Дик».
Источники Стила утверждали, что ФСБ при желании легко сможет шантажировать Трампа, отчасти из-за того, что у этой службы были видеозаписи его «извращенных половых актов» в России. Эти источники рассказали, что когда Трамп в 2013 году останавливался в президентском люксе отеля «Ритц-Карлтон», он платил проституткам за «золотой душ» (они устраивали шоу, мочась перед ним в кровать). Получается, что они осквернили постель, в которой во время государственного визита спали Барак и Мишель Обама. Эти сообщения приписывали четверым источникам, но они получили эту информацию из вторых рук. Ни одного свидетеля этих извращений не было, никто не нашел ни одну проститутку, но все говорили в общем о «компрометирующем материале». Два источника не были связаны с остальными, но еще два могли поговорить друг с другом на эту тему. В тех сообщениях, которые поступали к Стилу, имена источников опускались, но одного из них называли «бывшим высокопоставленным офицером российских спецслужб, до сих пор связанным с Кремлем», вторую «работницей гостиницы, в которой останавливался Трамп», третьего «руководящим работником отеля», а четвертого «близким помощником Трампа, который организовывал его последние поездки в Москву».
Но гораздо важнее информации о сексуальных утехах были утверждения о политическом сговоре между Кремлем и Трампом во время президентской кампании 2016 года. Речь шла о том, что русские как минимум пять лет всячески обхаживали Трампа и оказывали ему услуги. А Путин якобы поддержал Трампа, чтобы «посеять разногласия и разлад в США и в трансатлантическом альянсе». В отчетах говорилось о том, что хотя Трамп не подписывал никакие сделки о строительстве и недвижимости, он со своими главными помощниками неоднократно получал от Кремля информацию о Хиллари Клинтон и о других своих политических оппонентах. Это были ошеломляющие и невероятные утверждения. Даже если правды там было лишь наполовину, это все равно можно было расценить как измену.
По словам осведомленных людей, когда Стил начал готовить первую из 17 справок, из которых позже было составлено досье, Берроуз выразил опасения в связи с тем, что туда вошли утверждения о «золотом душе». Он был человеком осторожным, и его тревожили последствия от такой сенсации. Но Стил заявил, что выборочное представление подробностей — это нечестно и искажает картину. Он сказал, что нельзя скрывать то важное обстоятельство, что возможного президента США смогут шантажировать. «В этом весь Стил, — сказал мне его давний друг. — Он такой прямой и открытый».
Стил принял роковое решение включить в досье все, что у него имелось. По словам знакомых с его работой людей, Стил понимал, что может уничтожить взрывоопасную информацию, а может и продолжить свою работу. Если он продолжит расследование, а затем уведомит соответствующие органы, которые, по его мнению, должны знать данную информацию, то изменится вся его жизнь — да и жизнь любого другого человека, прикасавшегося к досье.
В то же время, Стил полагал, что сами разведсведения не увидят почти никто. В достоверности досье Стила многие сомневаются, однако мало кто осознает, что это не конечный продукт, а подборка проведенных практически одновременно опросов. Компания «Орбис» была не более чем субподрядчиком, и Стил с Берроузом понимали, что при желании «Фьюжн» сможет переработать полученную информацию и отредактировать свой отчет, предоставляемый клиенту. Поэтому «Орбис» решила: пусть «Фьюжн» сама думает, что включать в отчет, а что убирать, и добавлять или нет свои оговорки и ссылки на источники, как это всегда бывает с государственными разведывательными докладами.
Джон Сайфер (John Sipher) 28 лет проработал тайным агентом ЦРУ и перед уходом в отставку в 2014 году руководил в управлении российским отделом. По поводу справок Стила он сказал так: «Это материал источников, а не экспертная оценка». Сайфер отметил, что досье «в целом заслуживает доверия», хотя не все детали в нем точны. Он заявил: «Люди не понимают, что это подборка фактов, но не попытка связать факты в единое целое. Однако досье является первой версией произошедшего, поскольку там говорится о том, что могла задумать Россия». Александр Вершбоу, который при Джордже Буше работал послом США в России, рассказал мне: «В разведке вы всеми силами оцениваете свои источники, но это не как в журналистике, где вы ищете дополнительные источники с целью подтверждения информации. В разведке никто не делает вид, будто он прав на все сто процентов. Если ты прав процентов на 70-80, то ты один из лучших».
24 июня 2016 года, когда Стил отмечал свой 52-й день рождения, позвонил Симпсон и попросил передать ему досье. За день до этого Британия проголосовала за выход из ЕС, и Стилу было очень досадно от такого решения. Мало кто думал, что Брексит возможен. Теперь и победа Трампа уже не казалась невозможной. Стил так нервничал, и ему так хотелось сохранить секретность и защитить своих источников, что он отправил копию досье в Вашингтон с курьером, наказав ему передать документ из рук в руки. В этой копии имена источников были удалены, но им была дана характеристика, чтобы «Фьюжн» смогла оценить, насколько они надежны и заслуживают доверия. Стил опасался, что если будет разоблачен кто-то из его источников в России, для них это будет смертным приговором.
Стил также считал своим долгом передать эту информацию в ФБР. Хотя Трамп писал в Твиттере, что досье «состряпала Хиллари Клинтон», Стил обратился в бюро самостоятельно. Как сообщил Симпсон, давая показания под присягой в комитете палаты представителей по разведке, Стил в июне 2016 года сказал ему, что хочет предупредить американское правительство, объяснив это следующим образом: «Я бывший сотрудник разведки, а вы наши ближайшие союзники». Симпсон показал, что попросил Стила подумать несколько дней, и когда тот снова поднял этот вопрос, он сдался. Симпсон сообщил сенатскому юридическому комитету: «Скажу предельно ясно. Я не считал, что это наше дело. Это было похоже на то, что ты едешь на работу, видишь, как что-то случилось, и звонишь 911». По словам Симпсона, Стил чувствовал, что сделать это — его профессиональный долг. Далее он показал, что согласился, поскольку Стил был «экспертом по национальной безопасности», а он — просто «бывший журналист».
Лауреат Пулитцеровской премии историк Дэвид Гарроу (David Garrow) усомнился в мотивах Стила на страницах «Уолл-стрит джорнэл», назвав его «платным агентом», который распространяет «тенденциозные сплетни». Он сказал мне, что разоблачения Стила похожи на саморекламу, а потом добавил: «Мы видим, что Стил считает себя исторически важной персоной. Он верит, что обладает уникальными знаниями и должен предупредить весь мир». Гарроу в своих работах критиковал ФБР за преследование Мартина Лютера Кинга, и теперь его тревожило чрезмерное усердие Стила. «В этом мире секретных агентов у них существует желание максимально возвысить свою значимость, — сказал он. — Похоже на то, что все эти парни хотят играть в кино самих себя».
Но бывший директор Совета национальной безопасности по российским делам Марк Медиш (Mark Medish) сказал мне, что если бы Стил не поделился своими выводами, его могли обвинить в укрывательстве или в должностном проступке. Он добавил: «Чтобы сообщить плохие новости, нужна смелость, особенно когда ставки так высоки». А сенатор Уайтхаус сказал, что действия Стила «сродни предупреждению о некоем готовящемся взрыве», после чего заметил: «Если бы что-то взорвалось, а он или ФБР это проигнорировали, то покатились бы многие головы».
Что бы ни думали остальные, понятно одно: Стил верил, что в его досье есть важная разведывательная информация. Иначе он не стал бы подвергать ее, свою фирму и свою репутацию тщательной проверке со стороны ФБР. «На меня произвело впечатление то, что он был готов поделиться своими сведениями с ФБР, — сказал Сайфер. — Это повышает его авторитет в моих глазах, поскольку он готов был передать свою информацию лучшим в мире профессионалам из разведки».
5 июля 2016 года Стил отправился в свой лондонский офис и встретился там с агентом ФБР, с которым он работал ранее по делу ФИФА. Увидев первую справку из досье, агент был потрясен и пришел в ужас, сказал Стил. Симпсон знал, что Стил проинформировал ФБР, однако сказал, что в пылу предвыборной гонки это вылетело у него из головы. (Давая показания в юридическом комитете сената, он вспомнил, как спрашивал себя: «Интересно, что сделало ФБР? Что-то они молчат».) Время шло, но не было никаких признаков того, что ФБР обратило внимание на информацию Стила.
Хотя республиканцы вели разговоры о заговоре в руководстве Демократической партии, Стил и Симпсон, по всей видимости, так и не сообщили своему конечному клиенту, коим был избирательный штаб Клинтон, что Стил обратился в ФБР. Штаб почти все лето 2016 года отбивался от сообщений об изучении электронной переписки Клинтон агентами ФБР, не зная о том, что бюро начало контрразведывательное расследование на предмет связей команды Трампа с Россией. Отчасти поводом для него стал поиск компромата на Трампа, которым занялся штаб Клинтон. Один из его руководителей рассказал мне: «Если бы я знал, что ФБР ведет расследование против Трампа, я бы кричал об этом на всех перекрестках!»
Практически в то же самое время, когда Стил сообщил ФБР о вмешательстве России в президентскую кампанию 2016 года, Кремль проводил еще две операции по передаче компромата на Клинтон ближайшему окружению Трампа.
К первой операции привлекли советника Трампа по внешней политике Джорджа Пападопулоса (George Papadopoulos). Выпивая в апреле 2016 года в лондонском баре с одним австралийским дипломатом, Пападопулос сообщил ему, что Россия получила доступ к тысячам электронных сообщений Клинтон. Дипломат проинформировал свое руководство об этом странном заявлении, но Пападопулос был молод и неопытен, и поэтому австралийцы не придали особого значения его словам.
Вторая операция развернулась в Башне Трампа в Нью-Йорке. 9 июня 2016 года высокопоставленные представители штаба Трампа, включая его сына, Пола Манафорта и Джареда Кушнера, провели на 25-м этаже конфиденциальную встречу с российским юристом Натальей Весельницкой. Она обещала, что представит им компромат, собранный Москвой на Хиллари Клинтон. Встречу организовали после того, как к Дональду-младшему обратился человек, близкий к семье азербайджанского олигарха Агаларова, вместе с которым Трамп в 2013 году устроил в Москве конкурс «Мисс Вселенная». В своем письме этот посланец Агаларова пообещал Дональду-младшему, что компрометирующие документы «изобличат Хиллари Клинтон и ее связи с Россией, и будут очень полезны» его отцу. Вместо того, чтобы пойти в ФБР, как это сделал Стил, старший сын Трампа ликующе ответил в своем письме: «Если это именно то, о чем вы говорите, мне это нравится, особенно этим летом».
Дональд-младший и прочие участники той встречи настаивают на том, что ничего существенного на ней не произошло: Весельницкая выразила недовольство американскими санкциями против России, но никакого компромата на Клинтон не предложила. Но многие бывшие разведчики считают, что данная встреча, состоявшаяся вскоре после разговора Пападопулоса с австралийским дипломатом, повышает доверие к подготовленному Стилом досье. Джон Маклафлин (John McLaughlin), с 2000 по 2004 год работавший заместителем директора ФБР, сказал мне: «Я не пришел к окончательным выводам, но совершенно ясно, что многое совпадает с тем, что нам известно о готовности русских предоставить информацию, наносящую вред Хиллари Клинтон».
Более того, досье Стила выдвигает на первый план связи семьи Агаларова с Трампом. За 10 месяцев до того, как «Таймс» сообщила о встрече в Башне Трампа, разоблачив роль эмиссара Агаларова в ее организации, Стил в одной из своих справок написал: «Азербайджанский деловой партнер Трампа Араз Агаларов знает подробности о «взятках» и «сексуальных контактах», которые якобы были у Трампа во время визита в Санкт-Петербург. (Адвокат Агаларовых эти заявления отрицает.)
14 июня 2016 года, за пять дней до встречи в Башне Трампа, «Вашингтон Пост» сообщила новость о том, что русские осуществили хакерский взлом электронной почты Национального комитета Демократической партии. В первых сообщениях не было особой тревоги. Чиновники из НКДП признали, что им уже давно известно об этом взломе. (Позже выяснилось, что в ноябре 2014 года голландская разведка представила американским властям доказательства того, что русские взломали компьютерную систему Демократической партии. Американские представители поблагодарили голландцев за помощь, послали им торт и цветы, но никаких действий не предприняли.) Когда информация о проникновении в компьютеры НКДП стала достоянием общественности, различные чиновники начали говорить, что русские постоянно пытаются взламывать системы американского государства, просто стараясь лучше понять политику США.
Позиция демократов кардинально изменилась, когда за три дня до начала общенационального съезда Демократической партии в Филадельфии «ВикиЛикс» выложила в интернет тысячи украденных у НКДП электронных сообщений. Их превратили в оружие: то, что раньше казалось пассивной формой шпионажа, теперь превратилось в «активные мероприятия», говоря шпионским языком. Эти электронные сообщения, где в частности сообщалось, что НКДП втайне оказывает предпочтение Хиллари Клинтон, отодвигая на второй план Берни Сандерса, появились как раз в тот момент, когда партия пыталась сплотить своих сторонников. Председатель комитета Дебби Вассерман-Шульц (Debbie Wasserman Schultz) была вынуждена подать в отставку, а взаимные упреки и демонстрации внесли сумятицу в работу съезда.
Трамп ликовал. Он сказал: «Если это Россия — хотя скорее всего нет, ибо никто не знает, кто это сделал — но если это Россия… Россия, если ты слушаешь, то я надеюсь, тебе удастся найти недостающие 30 000 электронных писем. Мне кажется, наша пресса тебя щедро вознаградит». Его штаб потом назвал эти комментарии шуткой.
В этот момент советник Клинтон по внешней политике Лора Розенбергер (Laura Rosenberger), которая при Буше и Обаме занимала различные должности в Совете национальной безопасности и в Госдепартаменте, серьезно встревожилась. Она уже заметила, что Трамп занимает пророссийские позиции по многим вопросам, и это казалось ей необъяснимым, поскольку такие позиции резко отличались от основной партийной линии. Розенбергер также была удивлена тем, что Трамп взял в свой штаб Пола Манафорта, который работал политическим консультантом у пророссийских сил на Украине. А затем команда Трампа сыграла определенную роль в изменении платформы Великой старой партии, чтобы она в большей степени соответствовала позиции России в отношении Украины. «Все это покатилось как снежный ком, — объяснила мне Розенбергер, — а потом, когда появились утечки электронной переписки, пришло прозрение: черт возьми (извините за грубость), на нас напали! В такие моменты людей из национальной безопасности прошибает холодный пот».
Лора Розенбергер понятия не имела, что штаб Клинтон привлек к работе эксперта по России Стила. Свою работу «Орбис» вела тайно, за правовыми барьерами. Юрист из «Перкинс Куи» Марк Элиас, работавший юридическим советником в штабе Клинтон, выступил в качестве переходного шлюза между штабом и частными следователями, искавшими информацию на Трампа. Юридические фирмы часто нанимают следователей от имени своих клиентов, чтобы любые детали можно было защитить положением об отношениях между адвокатом и клиентом. «Фьюжн» информировала о своей работе только Элиаса. Симпсон ничего не присылал Элиасу в бумажном виде, а информировал его устно. По словам знакомых с обстоятельствами этого дела людей, Элиас был ошарашен этим досье и не знал, что делать с изложенными в нем заявлениями. «Материал про секс бесполезен во время кампании», — сказал мне Симпсон. В отсутствие обвинителей и документальных свидетельств от такого материала легко можно отмахнуться, назвав выдумкой, и тогда поставщик такой информации покажется сомнительным и ничтожным типом.
В то же время, описанные в отчетах Стила финансовые махинации носили очень сложный характер, и подтвердить их было трудно. Вот выдержка из досье: «Янукович признался Путину, что он разрешил и даже распорядился о выплате значительных откатов Манафорту, но заверил его, что никаких документальных следов не осталось». (Манафорт это отрицает.) Элиас донес в обобщенном виде часть информации до руководства предвыборного штаба, в том числе, до его менеджера Робби Мука (Robby Mook), однако посчитал, что большая часть этих сведений малопонятна и невразумительна. Его больше интересовала информация о людях, которые занимались кражей и публикацией внутренней переписки демократов, и как их остановить.
Мук рассказывал мне: «Проблема с этой историей о России заключалась в том, что люди в нее просто не верили. Да, сегодня все соглашаются и говорят: „Конечно!" Но тогда люди думали, что мы от отчаяния просто пытаемся проталкивать теории заговоров». После взлома почты НКДП Мук начал выступать в телепередачах, указывая пальцем на Россию, но его обвинения часто отметали, называя пиаром. Выступая в передаче Джейка Тэппера (Jake Tapper) «Положение в стране» (State of the Union), он заявил: «Нас тревожат заявления экспертов о том, что государственные силы России взламывали серверы НКДП, крали электронную переписку, а также заявления других экспертов, утверждающих, что теперь русские предают эту переписку огласке, дабы помочь Дональду Трампу». Затем Тэппер взял интервью у Дональда Трампа-младшего, который высмеял обвинения Мука, назвав их «отвратительными» и «ложными», хотя сейчас уже известно, что за несколько недель до этого интервью он встречался в Башне Трампа с русским юристом, которая предлагала компромат на Клинтон.
Тем летом Стил заметил несколько небольших сообщений в новостях, подтверждавших связи окружения Трампа с Россией. 7 июля 2016 года, спустя два дня после встречи Стила с человеком из ФБР, советник Трампа по внешней политике Картер Пейдж (Carter Page) отправился в Москву с визитом, утвержденным штабом республиканцев. Там он выступил с лекцией в престижной Российской экономической школе. Его ремарки были весьма примечательны. Он подверг критике Вашингтон и другие западные столицы за их «зачастую лицемерное внимание к таким идеям как демократизация, неравенство, коррупция и смена режимов».
Трамп поступил довольно странно, выбрав себе в советники Пейджа. В 2013 году в Нью-Йорке два российских разведчика пытались завербовать Пейджа, работавшего консультантом в нефтяной отрасли. Правда, материалы прослушки показали, что один из этих агентов назвал Пейджа идиотом. Позже ФБР предъявило обвинения этим разведчикам и предупредило Пейджа, что Кремль пытается его завербовать. Однако он продолжал ездить в Россию с целью заключения нефтяных и газовых сделок. Президент консалтинговой компании по оценке рисков «Юрейжиа Груп» (Eurasia Group) Иэн Бреммер (Ian Bremmer) (ранее Пейдж работал там) сказал, что Пейдж превратился в «прокремлевского чудика».
Стил не знал об этом, но американские спецслужбы самостоятельно наблюдали за Пейджем. Недавно демократическое меньшинство из комитета палаты представителей по разведке опубликовало доклад, в котором говорится, что ФБР допрашивало Пейджа о его контактах с российскими официальными лицами в марте 2016 года — как раз тогда, когда Трамп назначил его своим советником.
Когда Пейдж читал в Москве лекцию, он уклонился от ответа на вопрос слушателей о том, будут ли у него встречи с официальными российскими представителями. Вскоре после этого Стил направил в компанию «Фьюжн» очередную справку, в которой указал на то, что Пейдж встречался с россиянами из путинского окружения. Это была очередная попытка русских сблизиться с симпатизирующими России помощниками Трампа. Источники Стила утверждали, что Пейдж встречался с главой нефтяного гиганта «Роснефть» Игорем Сечиным. Сечин якобы предложил Пейджу расширить российско-американское сотрудничество в сфере энергетики в обмен на отмену санкций, введенных против России из-за Украины. В досье говорится, что Пейдж отреагировал на это предложение «положительно», однако не стал давать никаких обещаний. («Роснефть» от комментариев отказалась. Пейдж сказал мне: «Что касается меня, то Стил все понял неправильно».)
В следующей справке Стил утверждал, что Сечин активно добивался отмены американских санкций, и в качестве стимула предложил Пейджу поучаствовать в продаже акций «Роснефти» инвесторам. В справке Стила также говорится, что во время пребывания в России Пейдж встречался с высокопоставленным кремлевским чиновником Игорем Дивейкиным, который предложил организовать утечку российского компромата на Клинтон, дабы укрепить предвыборные позиции кандидата Трампа. Согласно досье Стила, дискредитирующий Клинтон материал носил политический, а не персональный характер, и собран он был отчасти на основе данных перехвата.
Пейдж отрицает любые правонарушения. Выступая в ноябре 2017 года в конгрессе, он вначале сказал, что во время июльской поездки не встречался ни с одним российским официальным представителем. Однако подготовленный недавно демократами доклад комитета по разведке указывает на то, что когда Пейджу предъявили улики, он был вынужден признать, что все-таки встречался с высокопоставленным кремлевским чиновником, а также с руководителем департамента «Роснефти» и близким единомышленником Сечина Андреем Барановым. В досье могли быть допущены неточности, что касается конкретных лиц, но в целом там очень точно и прозорливо указывается на то, что в период президентской кампании была налажена тайная связь между Пейджем и влиятельными россиянами, которые хотели отмены американских санкций. Трамп со своими советниками неоднократно отрицал, что они сговаривались с русскими. Но материалы Стила недвусмысленно указывают на то, что русские явно предлагали Трампу тайную политическую помощь.
В справках Стила рассказывается еще о двух советниках Трампа, которые благожелательно относились к России: это Пол Манафорт, руководивший тогда штабом Трампа, и советник Майкл Флинн (Michael Flynn), которого Трамп позднее назначил советником по национальной безопасности. Флинн ушел в отставку с этого поста почти сразу после назначения, когда стало ясно, что он вел с российским послом Сергеем Кисляком разговоры об отмене американских санкций, которые перед своим уходом ввел Обама. Флинн стал центральной фигурой в расследовании Мюллера, когда признался, что солгал ФБР о своих беседах с Кисляком.
26 июля 2016 года, когда «Викиликс» обнародовала электронные письма НКДП, Стил написал еще одну справку, на сей раз заявив о том, что за хакерскими атаками стоит Кремль, и что Россия ведет кибервойну против штаба Хиллари Клинтон. Многие подробности казались неправдоподобными. Источники Стила утверждали, что к цифровым атакам были причастны агенты из структур Демократической партии, а также живущие в США российские эмигранты и «связанные с ними киберпреступники».
Все эти заявления не были подтверждены доказательствами, и очень трудно себе представить, что такие доказательства когда-нибудь появятся. Но одно казавшееся нелепым утверждение из досье — что в хакерских атаках участвовали «работающие в России при государственной поддержке специалисты-хакеры» — нашло свое подтверждение. В выдвинутом недавно спецпрокурором Мюллером обвинении против 13 россиян говорится, что получавшие финансирование и поддержку из Кремля агенты, пользуясь фальшивыми именами и украденными персональными данными, представлялись в Фейсбуке и Твиттере американцами и распространяли ложную информацию, а также разжигали этническую и религиозную ненависть, чтобы навредить Клинтон и помочь Трампу. По всей видимости, Кремль тратил около миллиона долларов в месяц на финансирование интернет-троллей, которые посменно трудились в обшарпанном офисном здании в Санкт-Петербурге, работавшем 24 часа в сутки. Их тактика была похожа на то описание, которое Стил дал в своих материалах по проекту «Карл Великий», включая распространение ложной информации, толкающей избирателей к экстремизму. Российская операция в качестве одного из аспектов включала политическую деятельность внутри США, в том числе, организацию поддельных митингов в поддержку Трампа.
А Стил в Англии продолжал составлять свои справки, хотя его все больше тревожило отсутствие реакции со стороны ФБР. В конце лета он открылся своему американскому другу и юристу Джонатану Уайнеру (Jonathan Winer), который был демократом, специалистом по внешней политике, и работал в Госдепартаменте. Стил рассказал ему, что источники «Орбис» наткнулась на тревожную информацию о связях Трампа с Россией. По словам Уайнера, Стил заявил ему, что «уверен в этом больше, чем в любой другой информации, которую получал за всю свою жизнь». Уайнер сказал мне: «Крис был очень расстроен тем, что Кремль отрицательно влияет на нашу страну. Хакерские атаки на наши компьютеры и использование „Викиликс" для распространения информации — это была зараза. Он думал, что это повлечет за собой очень плохие последствия для США и для Британии. И не только это. Он считал, что такие действия дестабилизируют обе страны. Он хотел, чтобы американское правительство знало о происходящем. Этот человек верит в органы власти».
В предыдущие два года Стил безвозмездно присылал Уайнеру отчеты о той разведывательной информации, которую он собирал об Украине и других регионах, работая на своих клиентов. Уайнер, просивший Стила продолжать эту работу, полагает, что в целом к 2016 году он получил более 120 таких материалов. Он и его коллеги из Госдепартамента считали, что в этих материалах очень много ценной информации. Уайнер вспоминает, как Виктория Нуланд, отвечающая за американскую политику в отношении России, выразила удивление, заявив, что отчеты Стила очень своевременны. Читавший их высокопоставленный руководитель из Госдепартамента сказал: «Мы обнаружили, что информация из этих отчетов на 80% совпадает с тем, что нам сообщали другие источники. Иногда его источники очевидно преувеличивали свою осведомленность и степень влияния. Но Стил показал некоторых игроков и закулисные каналы связи между Россией и Украиной, которые позднее стали очень важны. Так что это были ценные отчеты».
В сентябре 2016 года Стил проинформировал Уайнера в вашингтонском отеле о своем досье. Уайнер подготовил справку на пару страниц и ознакомил с ее содержанием нескольких высокопоставленных руководителей из Госдепартамента. Среди них были Нуланд и Джон Файнер (John Finer), который работал директором по планированию политики и руководителем аппарата госсекретаря Джона Керри. Несколько дней Файнер размышлял о том, стоит ли обременять Керри такой информацией. По его мнению, справка Уайнера была очень тревожной, но он не знал, как отнестись к прозвучавшим там утверждениям. Со временем он решил: раз об этой справке знают другие, то о ней должен узнать и его начальник.
Но когда Керри проинформировали об этой справке, он подумал, что никаких действий в этой связи предпринять не может. Он спросил, знают ли о досье в ФБР, и когда его заверили, что знают, Керри посчитал, что этого достаточно. Файнер согласился с мнением Керри, положил справку к себе в сейф и больше ее оттуда не вынимал. Реакция Нуланд была примерно такой же. Она попросила Уайнера сказать Стилу, что ему следует передать досье в ФБР. Похоже, что «государство в государстве» не включилось в активные действия против Трампа.
«Никому не хотелось этого касаться», — сказал Уайнер. Чиновники из администрации Обамы хорошо помнили про закон Хэтча, который запрещает государственным служащим влиять на политические выборы с использованием своего служебного положения. Сотрудники Госдепартамента не знали, кто финансирует исследования Стила, но понимали, какой взрывоопасный в политическом плане у него материал. Поэтому они отошли в сторону.
Стил считал, что русские совершают самое тяжкое электоральное преступление за всю историю США, и удивлялся, почему ФБР и Госдепартамент не воспринимают эту угрозу всерьез. Сравнивая это с атакой на Перл-Харбор, он полагал, что президент Обама должен произнести речь и предостеречь всю страну. Он также считал, что Обама должен с глазу на глаз предупредить Путина о недопустимости таких действий и сказать ему, что если он не прекратит свое вмешательство, США ответят разрушительной кибератакой, которая парализует всю Россию.
Стил не знал, что к августу 2016 года дебаты на эту тему уже начались в Белом доме и в американских спецслужбах. Согласно статье в «Вашингтон Пост», в том месяце ЦРУ сообщило президенту Обаме «сногсшибательную разведывательную новость» о том, что Путин непосредственно причастен к российской киберкампании, цель которой заключается в подрыве президентских выборов и в оказании помощи кандидату Трампу. Роберт Хэнниган (Robert Hannigan), в то время руководивший Центром правительственной связи Великобритании, незадолго до этого побывал в Вашингтоне и проинформировал директора ЦРУ Джона Бреннана (John Brennan) о перехвате противозаконной переписки и телефонных переговоров между командой Трампа и Москвой. (Содержание материалов перехвата не разглашается.) Однако, как отмечается в статье в «Вашингтон Пост», другие спецслужбы на тот момент еще не соглашались с оценкой ЦРУ о том, что русские осуществляют вмешательство с конкретной целью помочь Трампу. Лишь накануне инаугурации главные спецслужбы США единодушно поддержали такую точку зрения.
Между тем, Белый дом не знал, как ему реагировать. В том году вице-президент Джо Байден, выступая в Совете по международным отношениям (Council on Foreign Relations), заявил, что после ежедневных брифингов президента он садился рядом с Обамой, и они спрашивали друг друга: «Что, черт возьми, нам делать?» Через какое-то время США направили русским несколько жестких посланий, а Обама 5 сентября на саммите «Большой двадцатки» в Китае отвел Путина в сторону и предупредил его: «Прекратите, а то будет хуже».
Но Обама и его главные советники не хотели предпринимать против России никаких действий, которые могли спровоцировать кибервойну. А поскольку приближались выборы, они опасались любых мер, которые могли быть истолкованы как попытка помочь Клинтон. А Трамп все это время отмахивался от разговоров о российском вмешательстве и заявлял, что это уловка, и никто на самом деле не знает, какие такие силы взломали серверы НКДП. По его словам, это могли быть и китайцы, и какой-нибудь парень из Нью-Джерси, и «кто-нибудь весом в 180 килограммов, сидящий в постели». Трамп также предупредил сторонников, что выборы будут подтасованы не в его пользу, а поэтому Обама со своими советниками не хотел еще больше подрывать доверие общества.
В начале сентября 2016 года Обама попытался добиться от лидеров конгресса выступления с двухпартийным заявлением в осуждение российского вмешательства в выборы. Он говорил, что если это заявление одобрят обе партии, его нельзя будет назвать политически мотивированным. Разведывательное сообщество незадолго до этого проинформировало лидеров обеих партий и их высокопоставленных представителей в комитетах сената и палаты представителей по разведке, что Россия действует в интересах Трампа. Однако лидер сенатского большинства Митч Макконнел (Mitch McConnell) выразил сомнения в причастности России и отказался подписывать двухпартийное заявление с осуждением ее действий. После этого Обама промолчал вместо того, чтобы самому сделать заявление.
Стил с тревогой спрашивал своих американских коллег, что еще можно сделать, чтобы предостеречь страну. Одним из вариантов было обратиться в прессу. Но Симпсона вся эта ситуация не очень волновала. Давая впоследствии показания в конгрессе, он вспоминал: «Мы действовали тогда, исходя из того, что Хиллари Клинтон победит на выборах, и поэтому никакой срочности в таких действиях не было».
Недавно «Уолл-Стрит Джорнал» опубликовала текстовые сообщения ФБР того времени, которые демонстрируют аналогичное благодушие и самоуспокоенность. В августе 2016 года сотрудники ФБР Лайза Пейдж (Lisa Page) и Питер Стрзок (Peter Strzok) так писали о расследовании возможного сговора между Трампом и русскими: «Боже мой, не могу поверить, что мы всерьез воспринимаем эти утверждения о повсеместных связях». Это сообщение Стрзока. Пейдж написала, что можно не спешить, так как оснований для беспокойства по поводу поражения Клинтон нет. Однако Стрзок с ней не согласился и предупредил, что нужно продолжать работу в качестве страховки на тот случай, если изберут Трампа. «Ну, это типа маловероятного события, скажем, что ты умрешь, не дожив до 40 лет», — написал он.
Когда были обнародованы выдержки из этих текстовых сообщений, сторонники Трампа типа Трея Гоуди (Trey Gowdy) ухватились за них как за доказательство того, что ФБР просто придумало «страховку», дабы не допустить победы Трампа. Но если прочитать все сообщения целиком, становится ясно, что агенты вели речь о том, насколько срочно и безотлагательно надо расследовать сговор.
В конце лета «Фьюжн» организовала серию встреч в Вашингтоне между Стилом и группой репортеров, пишущих на тему национальной безопасности. Безусловно, эти встречи так или иначе санкционировал клиент «Фьюжн» — штаб Клинтон. Встречи были неофициальные, но поскольку Стил затем раскрыл факт своего участия в них, я могу подтвердить, что присутствовала на одной из них. Хотя в целом Стил вел себя невозмутимо, складывалось впечатление, что он сильно удручен вмешательством России в выборы. Он не стал раздавать копии своего досье, не представил никаких документальных свидетельств и так тщательно скрывал своих источников, что узнать потом какую-то дополнительную информацию было практически невозможно. В то время ни «Нью-Йоркер», ни какие-то другие издания ничего не написали о рассказе Стила.
Но слухи о его досье неизбежно начали распространяться по Вашингтону. Один бывший чиновник из Госдепартамента вспомнил какое-то мероприятие, на котором он завел разговор на эту тему с британским послом сэром Кимом Дэрроком (Kim Darroch). Обменявшись с послом завуалированными намеками, дабы дать понять, что он в курсе, чиновник спросил его: «Этот парень Стил — он действует законно?» Посол ответил: «Абсолютно». Бреннан, который в то время работал директором ЦРУ, тоже слышал эти слухи. (Нуньес якобы намерен в ближайшее время проверить контакты Стила с ЦРУ и с Госдепартаментом.) Однако Бреннан, выступая недавно в передаче «Встреча с прессой», сказал, что он слышал какие-то обрывки информации о досье от прессы, и подчеркнул, что сам увидел его лишь спустя какое-то время после выборов. Он отметил, что досье Стила не сыграло никакой роли в анализе разведывательного сообщества по вопросу российского вмешательства в выборы. Бреннан так сказал о досье: «ФБР само смотрело, может оно подтвердить что-то из этого или нет».
До 7 октября 2016 года никто в администрации Обамы не говорил публично о российском вмешательстве, Джеймс Клэппер (James Clapper), руководивший при Обаме национальной разведкой, а также Джей Джонсон (Jeh Johnson), возглавлявший Министерство внутренней безопасности, выступили с совместным заявлением, в котором выразили уверенность всего разведывательного сообщества США, что Россия руководила и направляла хакерские атаки на компьютеры НКДП. Джеймс Коми (James Comey), возглавлявший в то время ФБР, якобы решил не делать публичное заявление, посчитав, что в преддверии выборов такие высказывания с политическим подтекстом неуместны.
В нормальном политическом климате заявление американского правительства об атаке иностранной державы на одну из двух основных партий посреди предвыборной гонки привлекло бы к себе пристальное внимание. Но его почти мгновенно похоронили два других шокирующих события, о которых сообщили СМИ. Спустя 30 минут после выхода этого заявления «Вашингтон Пост» вытащила на свет божий запись рассуждений Трампа о том, что будучи знаменитостью, он может безбоязненно «хватать женщин за письки». А еще через несколько часов «ВикиЛикс» в очевидной попытке сменить тему и спасти таким образом Трампа начала размещать в сети частную электронную переписку председателя штаба Клинтон Джона Подесты. И оценку разведывательного сообщества почти никто не заметил.
В начале октября 2016 года Стил наконец-то снова встретился с сотрудниками ФБР. На сей раз он поехал в Рим, чтобы побеседовать с группой агентов, которые с жадностью попросили дать им все, что у него есть. Публикация переписки НКДП, вызвавшая поток новостей, изменила отношение бюро к этому делу. Австралийцы по-новому отнеслись к утверждениям Пападопулоса и решили предостеречь американские власти. 31 июля 2016 года ФБР начало официальное расследование.
Агенты спрашивали Стила про Пападопулоса, и он ответил, что ничего о нем не слышал. После той встречи Стил сказал Симпсону, что бюро накапливает «другую информацию» о деятельности России. Как сообщил позднее Симпсон сенатскому юридическому комитету, агенты ФБР поверили в то, что «информация Криса заслуживает доверия». В прошлом бюро платило Стилу за ту работу, которую он для него выполнял, но за помощь в расследовании связей Трампа он денег не получил. «Орбис» сохранила свой контракт с «Фьюжн», а Стил помогал ФБР добровольно. (Он просил компенсировать ему расходы на поездку в Рим, но так ничего и не получил.)
Вскоре после римской встречи ФБР получило от Суда по делам о надзоре за иностранными разведками разрешение на слежку за Картером Пейджем. Сторонники Трампа обвиняют бюро в том, что оно использовало политически мотивированную клевету, чтобы шпионить за его избирательным штабом, но к тому времени Пейдж уже не работал советником у Трампа, а ФБР собирало информацию в дополнение к тому, что ему предоставил Стил.
Бюро просило Стила присылать любую найденную им информацию по этой теме, и в октябре он сообщил им одну сомнительную новость о некоем немного дилетантском расследовании, которым занимался незнакомый ему бывший журналист по имени Коди Ширер (Cody Shearer), ставший доморощенным следователем. Друг Стила из Госдепартамента Уайнер направил ему незаконченную справку, которую написал Ширер. Там утверждалось, что у ФСБ есть инкриминирующие видеозаписи, на которых Трамп занимается в Москве сексом. Но это еще не все. Автор сделал дикое заявление о том, что лидеры бывших советских государств платили огромные деньги членам семьи Трампа. Стил не знал, что у Ширера были давние связи с Клинтонами, как и у союзника Клинтон Сидни Блюменталя (Sidney Blumenthal), который передал справку Ширера Уайнеру. Стил и с Блюменталем не был знаком, но он добросовестно написал на обложке справки имена всех передаточных звеньев, после чего отправил материал в ФБР с пометкой о том, что он не ручается за его достоверность. Вместе с тем, Стил отметил, что некоторые выводы Ширера «очень похожи» на заключения «Орбис».
Сторонники Трампа ухватились за справку Ширера, которую Стил не писал, и начали утверждать, что исследование Стила сомнительно и дискредитировано его связями с Клинтон. На официальном сайте Шона Ханнити появился некорректный заголовок «Кристофер Стил написал еще одно досье, воспользовавшись контактами Клинтон».
По мере приближения выборов отношения между Стилом и ФБР становились все более напряженными. Он не мог понять, почему власти не рассказывают открыто о связях Трампа с Россией. Ему было невыносимо от того, что американских избирателей держат в неведении. Стил сообщил о своей работе давнему другу из Министерства юстиции второму заместителю генерального прокурора Брюсу Ору (Bruce Ohr) (его жена Нелли Ор (Nellie Ohr) непродолжительное время работала на «Фьюжн» в качестве подрядчика). В служебной записке в ФБР Брюс Ор сообщил, что Стил, собрав негативную информацию о Трампе, «очень не хотел, чтобы его избрали и испытывал отвращение от одной мысли о том, что тот может стать президентом». По словам сведущих людей, Ор и прочие официальные лица просили Стила не расстраиваться слишком сильно из-за секретности ФБР и заверяли его, что в США досудебные расследования, могущие причинить вред политическим деятелям, всегда проводятся тихо, особенно в преддверии выборов.
Поэтому Стил был потрясен, когда 28 октября 2016 года Коми направил письмо лидерам конгресса с сообщением о том, что ФБР обнаружило новые электронные письма, имеющие отношение к закрытому расследованию по вопросу об использовании Хиллари Клинтон в ее бытность госсекретарем частного сервера для служебной переписки. Он заявил, что эти письма требуют немедленного анализа. Из-за этого сообщения в штабе Клинтон начался хаос. За два дня до выборов Коми сделал второе заявление о ее невиновности, но к тому моменту штаб демократов уже утратил инициативу.
По мнению Стила, ФБР, сделав инкриминирующее заявление за несколько дней до выборов, нарушило правило, которое, как ему сказали, является нерушимым. А с учетом того, что Стилу (и еще очень немногим) было известно о расследовании ФБР против Трампа, возникало впечатление, что для Клинтон у бюро одни стандарты, а для ее оппонента другие. «Криса тревожило то, что в ФБР что-то происходило, — рассказал позднее Симпсон комитету палаты представителей по разведке. — А нас очень беспокоило то, что полученная нами информация о российских попытках вмешательства в выборы будет скрыта». Симпсон и Стил считали, что «будет справедливо, если мир узнает, что оба кандидата находятся под следствием.
По настоянию «Фьюжн» Стил решил сообщить об этой истории прессе. Назвавшись «бывшим западным сотрудником разведки», он рассказал Дэвиду Корну (David Corn) из издания «Мазер Джонс» (Mother Jones), что предоставил информацию ФБР в рамках «довольно серьезного расследования» связей Трампа с Россией. Стил отметил: «Это имеет огромное значение, это намного важнее партийной политики».
ФБР, которое надеялось скрыть проводимое расследование от глаз общественности, пришло в ярость. Нуньес в своей служебной записке заявил, что от Стила отказались как от источника. В действительности же это был взаимный разрыв, причиной которого стала совесть Стила.
А в штабе Клинтон председатель Джон Подеста был изумлен, узнав о том, что ФБР начало полномасштабное расследование деятельности Трампа, особенно в связи с тем, что в его основу легло исследование, проведенное по заказу штаба Клинтон. Подеста поручил менеджеру штаба Робби Муку заниматься финансовыми вопросами, и Мук утвердил смету «Перкинс Куи» на работу по поиску компромата, не зная при этом, кто даст этот компрометирующий материал. Как утверждают Подеста и Мук, они понятия не имели, что бывший иностранный разведчик получал деньги от демократов, пока не появилась статья в «Мазер Джонс», и не читали досье до тех пор, пока его не разместило в онлайне издание «Баззфид». Стил не был секретным оружием штаба. Получилось так, что он сам стал секретом, который не сообщали штабу.
8 ноября 2016 года Стил не спал всю ночь, смотря по телевизору информацию о выборах в США. Неожиданная победа Трампа стала мощным ударом для «Орбис». Появилась внутренняя служебная записка с разрешением всем желающим остаться дома и спрятаться под одеялом. Новость о победе Трампа имела одно незамедлительное последствие для Стила. Он решил, что Трамп теперь представляет угрозу национальной безопасности и его страны. Вскоре он направил материалы своего исследования одному высокопоставленному британскому руководителю. Этот человек внимательно изучил детали вместе со Стилом, однако непонятно, предприняло ли британское правительство какие-то действия по предоставленной им информации.
Выборы закончились, но Стил все равно пытался предупредить американские власти об опасности. В конце ноября он попросил своего доверенного наставника сэра Эндрю Вуда, который раньше работал послом Британии в Москве, уведомить сенатора Джона Маккейна о существовании досье. Вуд, бесплатно работавший неофициальным советником «Орбис», согласился со Стилом, что Маккейн, возглавлявший сенатский комитет по делам вооруженных сил, должен узнать о происходящем. Вуд сказал мне, что это просто был их долг. Перед выборами Стил обращался к нему за советами. Они обсудили возможность того, что источники Стила в России ошибались либо распространяли дезинформацию, однако пришли к выводу, что ни у кого из них не было причин лгать. Более того, они шли на огромный риск, пытаясь сделать так, чтобы правда стала достоянием гласности. «Я ощутил, что он серьезно встревожен, — сказал мне Вуд. — Я ни капли не сомневаюсь в его добросовестности. Нелепо полагать, что он занимался политическим трюкачеством».
За неделю до Дня благодарения Вуд проинформировал Маккейна на международном форуме по безопасности в Галифаксе. Маккейн очень сильно встревожился. Он попросил своего бывшего помощника Дэвида Крамера (David Kramer) поехать в Англию и встретиться со Стилом. Эксперт по России Крамер, ранее работавший в Госдепартаменте, на протяжении нескольких часов анализировал досье вместе со Стилом. Когда Крамер пообещал, что покажет документ только Маккейну, Стил сделал так, чтобы Крамер получил его копию в Вашингтоне. Но бывший сотрудник из органов национальной безопасности, беседовавший в то время с Крамером, сказал мне, что у Крамера возникла идея. Он хотел, чтобы Маккейн предъявил Трампу доказательства в надежде на то, что тот подаст в отставку. «Он должен был сказать Трампу: „Русские тебя поймали"», — заявил мне этот бывший сотрудник. (Адвокат Крамера утверждает, что тот никогда не думал о том, чтобы отправить Трампа в отставку, и никогда не обещал, что покажет досье только Маккейну.) В конечном итоге Маккейн и Крамер договорились о том, что Маккейн передаст досье директору ФБР. 9 декабря Маккейн передал Коми копию документа. Встреча длилась менее 10 минут, потому что к удивлению Маккейна, у ФБР уже был экземпляр досье, полученный еще летом. Когда Крамер узнал о встрече, реакция у него была такая: «Черт возьми, если они держали досье все это время, то почему ничего не сделали?» Затем Крамер услышал, что об этом документе знают журналисты. Он задал вопрос: «В Вашингтоне вообще есть люди, ничего не знающие об этом?»
5 января 2017 года стало ясно, что в Вашингтоне есть по меньшей мере два человека, которым ничего не известно о досье: президент и вице-президент. В тот день на совершенно секретном заседании в Овальном кабинете главы основных разведывательных ведомств США впервые проинформировали Обаму, Байдена и нескольких руководителей из системы национальной безопасности о содержащемся в досье утверждении, что предвыборный штаб Трампа мог действовать в сговоре с Россией. Один присутствовавший там человек позднее сказал мне: «Никто не понимает, что нас в Белом доме не информировали о расследованиях ФБР. У нас не было информации о сговоре. Все, что мы видели, это действия России. ФБР надежно скрывает все, что касается американцев».
Главная цель той встречи в Овальном кабинете состояла в обсуждении того потрясающего доклада, который намеревались обнародовать руководители американских разведывательных ведомств. В нем содержалось единодушное заключение этих ведомств о том, что во время президентской кампании Путин руководил кибероперацией, целью которой было добиться избрания Трампа. Но прежде чем публиковать доклад, директор национальной разведки Джеймс Клэппер, директор АНБ адмирал Майк Роджерс, Бреннан и Коми показали его засекреченную версию Обаме, Байдену и другим руководителям.
В этом совершенно секретном докладе было приложение о досье на две страницы. Коми проинформировал о нем собравшихся. Как сообщили знакомые с содержанием той дискуссии бывшие правительственные чиновники, он не назвал имя Стила, но сказал, что в приложении в обобщенном виде изложена информация, полученная бывшим сотрудником разведки, который ранее работал с ФБР и предоставил тревожные сведения. Коми изложил содержащиеся в досье утверждения о том, что между штабом Трампа и российскими представителями были многочисленные контакты, и что они могли заключить между собой определенные договоренности. Коми также упомянул некоторые сексуальные детали из досье, включая компромат о «золотом душе».
«Это было страшно», — сказал один из участников встречи.
Обама молчал. На всем протяжении предвыборной кампании он и члены его администрации настаивали на соблюдении правил, выступали против ненадлежащего вмешательства в избирательный процесс, делая это настолько непреклонно, что после победы Трампа некоторые критики обвинили администрацию в бездействии и халатности. Демократы были попросту парализованы своим благородством, и уж точно ни в какой политический сговор со Стилом не вступали.
Байден спросил: «Насколько серьезно мы должны это воспринимать?» Коми ответил, что ФБР не подтвердило подробности этого досье, однако сказал, что отдельные его части соответствуют той информации, которую американское разведывательное сообщество получило по другим каналам. Он также заявил, что ФБР уверено в авторе досье (это было осторожное, но вполне определенное одобрение Стила), потому что работало не только с ним, но и со многими из его источников, чьи имена были известны бюро. «В прошлом он не раз доказывал, что заслуживает доверия, как и сеть его источников», — сказал Коми. «Если это правда, это очень важно!» — воскликнул Байден.
Кто-то спросил, что разведка намерена делать с этим досье на Трампа. Коми ответил, что решил проинформировать о нем избранного президента на следующий день. Он сказал, что сделает это самостоятельно и лично, дабы избежать ненужного конфуза. Однако он считал, что Трамп должен знать об этом досье, даже если содержащиеся в нем утверждения не соответствуют действительности. На то было две причины. Во-первых, если досье будет опубликовано, оно может произвести огромное впечатление, а во-вторых, им можно воспользоваться как рычагом давления на избранного президента. Трамп позднее предположил, что Коми так и сделал, использовав документ как средство воздействия на него. Однако, как сообщают участники того совещания и знакомые с его содержанием люди, Коми хотел защитить избранного президента. Действительно, если бы Коми захотел использовать досье для оказания давления, он мог сделать это гораздо раньше, до избрания Трампа, поскольку документ этот хранился в ФБР.
Встреча Коми с избранным президентом, состоявшаяся в конференц-зале в Башне Трампа, прошла не очень хорошо. Ни Коми, ни Трамп не раскрывают подробности того разговора, однако Коми позже выступил с публичным заявлением, в котором отметил, что как только он вышел из здания, он «почувствовал необходимость» зафиксировать случившееся на бумаге. В годы правления Обамы он никогда не ощущал потребности в таких юридических мерах. Позже, давая показания в сенате, Коми объяснил, что поступил так из-за «характера этого человека». Он добавил: «Честно говоря, меня беспокоило то, что он может солгать о характере нашей встречи». Разговор между ними положил начало целой цепочке неприятных событий, кульминацией которых стала отставка Коми. А Трамп занял враждебную позицию по отношению к расследовавшим его деятельность разведывательным и правоохранительным органам.
Республиканские критики обвиняют спецслужбы в том, что они смешали работу Стила со своими расследованиями. Однако ФБР, изложив содержание досье в приложении, совершенно сознательно и специально отделило его от общего доклада разведывательного сообщества. Стил рассказывал своим друзьям, что из-за такого подхода он был разоблачен. ФБР не спрашивало у него разрешения на такие действия. «Они швырнули меня под поезд», — жаловался Стил своим друзьям.
Естественно, непристойные новости мгновенно утекли в СМИ. Спустя четыре дня после встречи Коми с Трампом «Си-Эн-Эн» сообщила, что избранного президента проинформировали о скандальном досье, которое подготовил и представил бывший оперативный сотрудник британской разведки. Почти сразу же «Баззфид» разместила копию досье Стила в онлайне, заявив, что из-за встречи Коми и Трампа документ вызвал большой интерес в обществе. «Баззфид» отказалась сообщить, откуда она получила досье, а «Орбис» и «Фьюжн» отрицают, что это сделали они. Действуя методом исключения, молва указала на помощника Маккейна Крамера, который отказался отвечать на вопросы по этому поводу. А его показания в конгрессе получили гриф секретности.
Трамп незамедлительно осудил сообщение «Си-Эн-Эн», назвав его «фейковыми новостями», а «Баззфид» «грязной кучей мусора». Сам документ он назвал ахинеей, составленной «больными людьми». Выступая на пресс-конференции в Башне Трампа, он заявил, что эпизод с «золотым душем» никак не может соответствовать действительности, потому что он «патологически боится микробов».
На следующий день после публикации досье на сайте «Баззфид» «Уолл-Стрит Джорнал» назвала имя автора досье. В Англии репортеры начали заглядывать ему в окна и выслеживать его родственников, включая братьев и сестер умершей жены. Два репортера из российского государственного информационного агентства RT проявляли особую агрессивность в слежке за его домом. Стил со своей семьей начал скрываться. Они оставили своих кошек соседям, а Стил отрастил бороду.
Публикация досье не могла остаться без последствий. Российский предприниматель из сферы интернета Алексей Губарев подал в суд на Стила, «Орбис» и «Баззфид», обвинив их в клевете. По его словам, в досье ложно утверждается, будто его компании «Вебзилла» и «Экс-Би-Ти Холдинг» (Webzilla, XBT Holding) содействовали российским хакерским атакам на НКДП. (Адвокаты Стила заявляют, что публикация досье была непредвиденной, а поэтому их клиента нельзя привлекать к ответственности. «Баззфид» же утверждает, что ничего клеветнического в содержании досье нет.) Досудебные маневры в деле о клевете привели к тому, что суд отдал распоряжение Губареву предоставить информацию о том, находятся или нет он и его компании под следствием. Его ответ может пролить свет на то, является ли он сомнительной личностью, как утверждается в досье.
Ходят слухи о том, что в России расплата принимает более примитивные формы. Когда Гленн Симпсон давал показания в сенатском юридическом комитете, его адвокат заявил: «Кто-то уже убит в результате публикации этого досье». Средствам массовой информации остается только гадать, кто это мог быть. Возможно, речь идет о бывшем сотруднике ФСБ и высокопоставленном помощнике главы «Роснефти» Сечина Олеге Еровинкине. 26 декабря 2016 года Еровинкина нашли мертвым в машине. Официально причину смерти не назвали. Не появилось никаких доказательств того, что Еровинкин был источником Стила. На самом деле, есть предположение, что спецпрокурор Мюллер расследует обстоятельства совсем другой смерти, которая может иметь отношение к досье. (Представитель Мюллера отказался ответить на вопросы для этой статьи.) Между тем, примерно в то время, когда умер Еровинкин, российские власти предъявили обвинения в измене эксперту по кибербезопасности и двоим офицерам ФСБ.
Весной 2017 года, проведя восемь недель в бегах, Стил сделал краткое заявление для СМИ, заявив о своем намерении вернуться к работе. По совету своих адвокатов, после этого он не выступал с публичными заявлениями. Но в сентябре Стил подробно побеседовал со следователями Мюллера. Детали той беседы неизвестны, но с учетом того, насколько серьезно Стил относится к данному вопросу, знающие его люди подозревают, что он подробно рассказал команде Мюллера о своих источниках и о многом другом.
Есть мнение, что в ходе разговора со следователями Мюллера Стил рассказал о справке, написанной им в ноябре 2016 года после окончания контракта с «Фьюжн». Эта справка не была опубликована вместе с другими документами, и она короче остальных. Основана она на информации одного источника, которого называют «высокопоставленным российским руководителем». Этот человек сказал, что он просто передает содержание разговоров, идущих в российском Министерстве иностранных дел. Но услышанное им изумляет: люди говорили, что Кремль помешал Трампу назначить на пост госсекретаря Митта Ромни, которому избранный президент отдавал предпочтение. (Когда Ромни в 2012 году боролся за Белый дом, он весьма агрессивно отзывался о России, назвав ее величайшей угрозой для США.) В справке говорится, что Кремль, действуя через неназванные каналы, попросил Трампа назначить человека, который согласится отменить антироссийские санкции, введенные из-за Украины, и который будет сотрудничать с Россией по вопросам безопасности, представляющим для нее интерес, скажем, по конфликту в Сирии. Если услышанное этим источником правда, то получается, что иностранная держава оказывала серьезнейшее влияние на внешнюю политику США, а также на нового президента.
Какой бы фантазией ни показалось написанное в справке, можно сказать, что последующие события подтвердили ее содержание. Трамп до начала декабря сулил Ромни пост госсекретаря, а потом отверг его кандидатуру. Конечно, есть множество внутриполитических причин, по которым Трамп отвернулся от Ромни. Так, верные Трампу сторонники отмечали, что во время кампании Ромни открыто находился в оппозиции к Трампу. Давний помощник Трампа Роджер Стоун (Roger Stone) предположил, что избранный президент мстительно мучил Ромни, но не рассматривал его кандидатуру всерьез. (Ромни от комментариев отказался. Белый дом сказал, что он никогда не был первым в списке кандидатов на эту должность, и отказался отвечать на вопрос о том, какие контакты могли быть у команды Трампа с Россией на эту тему.) Так или иначе, 13 декабря 2016 года Трамп назначил на пост госсекретаря руководителя «Эксон Мобил» Рекса Тиллерсона. Это многих удивило, а Москву явно порадовало, так как Тиллерсон издавна поддерживал тесные связи с Кремлем. (В 2016 году при его посредничестве было заключено историческое соглашение о партнерстве между «Эксон Мобил» и «Роснефтью».) После выборов конгресс ввел дополнительные антироссийские санкции в ответ на ее вмешательство, однако Трамп и Тиллерсон выступают против них.
С момента публикации досье прошло полтора года, и у Стила появились яростные хулители как правого, так и левого толка. На левом фланге расположился специалист по России Стивен Коэн (Stephen Cohen), пишущий для «Нейшн» (Nation). Он отрицает существование сговора между Трампом и Россией, и обвиняет Стила в том, что тот принадлежит к влиятельной «четвертой власти», состоящей из спецслужб, чье предвзятое отношение к России и Трампу не знает пределов. Справа находится Байрон Йорк (Byron York) из «Вашингтон Икзэминер» (Washington Examiner), который поддерживает обвинения Грассли и Грэма, утверждая, что Стил не вызывает доверия, так как он якобы лгал ФБР о своих контактах с прессой. Но лгал ли Стил? Министерство юстиции не выдвинуло против него никаких обвинений. Самое серьезное обвинение этих критиков состоит в том, что ФБР обманным путем получило от Суда по делам о надзоре за иностранными разведками разрешение на слежку за помощниками Трампа, взяв за основу лживый и политически мотивированный компромат на политических противников. Если это так, то мы можем говорить о грубом злоупотреблении служебным положением. Но бюро не обманывало суд. Оно открыто сообщило о том, что финансирование Стила носило политический характер. Более того, досье Стила было лишь частью оснований для выдачи судебного ордера на слежку. Как отмечается в докладе демократов из комитета по разведке, Министерство юстиции получило информацию в подтверждение отчетов Стила из «многочисленных независимых источников».
Пока еще слишком рано выносить окончательное суждение о том, в какой мере досье Стила правдиво, а в какой оно не соответствует действительности. Но некоторые важные заявления Стила нашли подтверждение, когда стала поступать дополнительная информация. Подтвердилась его информация о том, что Кремль в 2016 году отдавал предпочтение Трампу и предлагал его штабу дискредитирующую информацию на Хиллари. Подтвердилось его утверждение о том, что Кремль и «ВикиЛикс» работали совместно, чтобы опубликовать электронную переписку НКДП. Правдивыми оказались и ключевые моменты из справок Стила о Картере Пейдже, в том числе, информация о тайных московских встречах Пейджа с руководством «Роснефти» и с кремлевскими чиновниками. Стил мог назвать имя не того руководителя из нефтяной компании, но как показывает обнародованная недавно информация из конгресса, он был прав, говоря о том, что высокопоставленный руководитель из «Роснефти» вел с Пейджем разговоры о денежном вознаграждении. Согласно докладу демократов, когда Пейджа спросили, не предлагал ли ему бизнесмен из «Роснефти» поучаствовать в возможной продаже значительной части ее акций, тот ответил: «Возможно, он вкратце упомянул об этом».
Кроме того, как и опасался Кремль, всплыли неприглядные финансовые детали сделок Манафорта с украинскими чиновниками. Далее, предположение Стила о том, что Трамп «дал согласие в рамках предвыборной кампании отодвинуть в сторону вопрос о российской интервенции на Украине», скорее всего, подтверждается теми пророссийскими поправками, которые помощники Трампа внесли в республиканскую избирательную платформу. Многочисленные обвинения, предъявленные специальным прокурором Мюллером Манафорту, также подтверждают различные аспекты досье Стила.
С каждым днем становится все труднее утверждать, что Стил просто занимался распространением лжи. Сегодня уже три бывших члена штаба Трампа — Флинн, Пападопулос и Рик Гейтс (Rick Gates), работавший заместителем председателя — признали себя виновными по уголовным обвинениям и по всей видимости сотрудничают со следствием. И конечно же, Мюллер предъявил обвинения 13 россиянам в ведении цифровой войны, о которой предупреждал Стил.
9 января личный адвокат Трампа Майкл Коэн (Michael Cohen) подал на «Фьюжн» в суд, обвинив компанию в клевете. Он также подал в суд на «Баззфид». Коэн написал в Твиттере: «Хватит уже про это фальшивое русское досье». Стил несколько раз упоминал Коэна в своих справках и утверждал, что тот встречался с российскими агентами в Праге в конце лета 2016 года, чтобы расплатиться с ними и договориться о сокрытии российской хакерской операции. Коэн утверждает, что никогда не был в Праге, и в доказательство предъявил свой паспорт. Однако один сотрудник конгресса заявил изданию «Политико», что расследование этих утверждений продолжается. После того, как досье было опубликовано, всплыло несколько примеров того, как Коэн тайком выплачивал деньги, чтобы скрыть другую потенциально вредную информацию. Недавно он признался «Таймс», что лично передал порнозвезде Стефани Клиффорд (Stephanie Clifford), которая работает под псевдонимом Сторми Дэниелс, 130 тысяч долларов. Многие считают, что Трамп и Клиффорд втайне поддерживали интимные отношения.
Стил вернулся в Лондон и возобновил свою работу, занимаясь другими делами. «Орбис» получила несколько новых клиентов благодаря той известности, которую она обрела из-за досье. Она также получила две тысячи заявок о поступлении на работу.
Бывший сотрудник ЦРУ Джон Сайфер полагает, что Мюллер вынесет окончательный вердикт по досье Стила. «Те, кто говорят, что все это чепуха, или что все это правда, тенденциозны с политической точки зрения, — сказал он. — Там достаточно материала для дальнейшего исследования. Специалисты должны проверить информацию о поездках, о телефонных разговорах, банковские счета, камеры слежения полиции за рубежом, все сличить и сопоставить. Это дело профессиональных следователей». Он считает, что Мюллер в сотрудничестве с ФБР «как раз этим и занимается».
А до этого, отмечает Сайфер, Стил как бывший английский шпион будет очень удобной политической мишенью. «Сторонники Трампа будут нападать на вестника, так как его никто не знает и не понимает, а поэтому Стила можно выставлять в любом свете, в каком только они захотят». Эксперт по России Строуб Тэлботт (Strobe Talbott), работавший заместителем госсекретаря в администрации Клинтона и десять лет знакомый со Стилом по работе, с сожалением наблюдает за этим спектаклем в Вашингтоне. Тэлботт видит в Стиле «умного, осторожного, профессионального и близкого по духу коллегу», который «знает постсоветское пространство». «Стил полностью соответствует той характеристике, которую он сам себе дает», — заявляет Тэлботт. Вместе с тем, он отмечает: «Эти люди пытаются превратить его в политический полоний — дотронешься до него, и умрешь».
Джейн Мэйер работает штатным автором «Нью-Йоркер» с 1995 года.

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

862

Похожие новости
19 мая 2018, 15:00
19 мая 2018, 12:10
19 мая 2018, 09:30
21 мая 2018, 02:40
20 мая 2018, 02:00
19 мая 2018, 12:10

Новости партнеров

Актуальные новости
19 мая 2018, 20:30
20 мая 2018, 15:40
20 мая 2018, 18:30
19 мая 2018, 09:30
19 мая 2018, 09:30
20 мая 2018, 13:00

Новости партнеров
 
 

Новости партнеров
 

Комментарии
 

Популярные новости
14 мая 2018, 08:30
19 мая 2018, 20:30
14 мая 2018, 16:40
18 мая 2018, 23:10
16 мая 2018, 10:40
15 мая 2018, 17:30
16 мая 2018, 01:40